После исчезновения источника невыносимого жара, Леветайна, мир вернулся в своё первоначальное состояние. Вопрос в том, сможет ли выжить в этой ситуации сам Теодор…
– Тео!
Когда в округе появился воздух, к нему вернулся слух. Тео услышал приближающиеся звуки и выключил Флюидизацию. На него тут же навалилось умопомрачительное головокружение. А следом за ним в его сознание вошла боль от почерневшей плоти и закипевшей крови.
– А-а-а-а-ак!
"Какая ужасная боль!"
Теперь Тео понял, почему сожжение было самым жестоким смертным приговором.
Даже порывы ветра заставляли его сожженные нервы и клетки покалывать и сжиматься в конвульсиях. Возможно, это было связано с тем, что ущерб, который он испытал во время Флюидизации, был передан его телу.
Тео был весь покрыт ожогами и надеялся, что Сильвия примет надлежащие меры.
Тем временем девушка уже успела подбежать к нему и, взглянув на его состояние, мгновенно использовала магию и воскликнула:
– Держись!
Её руки засияли синим светом, когда она активировала Охлаждающее Прикосновение, подхватив Тео под голову. Это должно было стабилизировать его состояние, прежде чем она начнет всерьез заниматься ожогами. Исцеление будет попросту невозможно, если раны будут продолжать пылать от жара.
Это действие оказалось по-своему эффективным, поскольку дыхание Теодора немного успокоилось. Остальная группа, подбежавшая несколькими мгновениями позже, тут же принялась помогать лечению. Они выжимали из себя всю оставшуюся силу, раз за разом вызывая яркие вспышки исцеляющей магии.
Затем высший эльф, Алукард, попросил помощи у правителя элементалей воды, которая всё ещё присутствовала в материальном мире.
– Эль-Марэ, пожалуйста, исцели его! Если цены недостаточно, в будущем я подготовлю для тебя особую дань!
Статус правителей элементалей был настолько высок, что даже высшие эльфы не осмеливались предъявлять им требования. И вот, правитель элементалей воды Эль-Марэ уставилась на Теодора пустым взглядом. Мана, предоставленная Алукардом, уже закончилась, а потому ей пришлось бы использовать свою собственную силу, чтобы излечить его.
Изначально она не приняла бы эту просьбу даже при условии обещанной дани, но сейчас она кивнула.
– Тот, кто погасил пламя, которое было врагом Древа Мира, и предотвратил катастрофу… Это достижение, которое я не могу оставить без внимания. Дань будет ни к чему. Молодой человек, мы гордимся твоим сегодняшним подвигом, – сказала Эль-Марэ, размахивая ладонями.
Вжу-у-у-ух!
Появилось приятное свечение. Сухая почва повлажнела, и в мёртвую землю вернулось немного жизненной энергии. Это была сила, подобная той, что была у высших эльфов, но на более высоком уровне. Свет окутал Теодора, и его тело начало возвращаться к своему первоначальному состоянию. Разорванные нервы восстановились, боль исчезла, а испепеленные участки вновь начали покрываться кожей.
Теодор смог частично восстановить своё сознание. Поняв, что происходит, он поклонился правителю элементалей воды, которая предоставила ему такую милость.
– Б-благодарю Вас.
– Не за что, – покачала головой Эль-Марэ, после чего снова заговорила. – Весь жар, оставшийся в твоём теле, был изгнан. Но ты не должен неосмотрительно использовать силу, которую ты принял, или столкнешься с последствиями, – предупредила она, глядя на левую руку Теодора. Там уже не было следов ожогов, но появилась татуировка, напоминавшая солнце.
Это была сила, которую Глаттони извлекла из Леветайна, Кольцо Муспельхейма. Сила, способная вызвать Муспельхейм, была слишком мощной для смертного, который ещё не достиг уровня мастера. Малейшая неосторожность или злоупотребление могли тут же сжечь его самого.
– Да, мать воды. Для меня было честью встретиться с Вами, – усмехнувшись, вновь поклонился Тео.
– Никогда не думала, что встречусь с существованием из Эпохи Мифов, не говоря уже о двух. Это был захватывающий день.
Другие люди, возможно, не поняли, о чем она говорит, но Теодор тут же вздрогнул.
На самом деле, от глаз правителя элементалей не скрылась судьба Леветайна. Тем не менее, Эль-Марэ, очевидно, не была намерена разоблачать Тео и, загадочно улыбнувшись, исчезла из материального мира.
Огромное существо испарилось, вызвав сильный порыв ветра.
Маги понимали, что всё закончено, и не могли удержаться от вздохов.
– О-о-о… Неужели конец?
– Как-то даже не верится.
– Мне тоже.
Один из них осознавал, насколько неизбежной была смерть, с которой они только что столкнулись, в то время как другой с трудом верил, что смог выжить. Правда, единственным раненным здесь был Теодор. Но если бы он не сделал последнего шага, то весь континент превратился бы в ад.
Борьба с легендарным гримуаром была ужасной. Она была настолько сложной, что победители просто не могли насладиться её окончанием.
– … Это хорошо, что мы победили.
Измученный Теодор облокотился на Сильвию и поднял взгляд. Ощущение того, что произошло, ещё не исчезло. Тео посмотрел на небо, искаженное Леветайном, а затем опустил взгляд на свою левую руку.
"Кольцо Муспельхейма…. Думаю, я понимаю".
