– Всё не то! – прокричал маг своим охрипшим голосом и начал превращать свой кабинет в хаос. Он пинал ни в чем неповинные стулья и бросал на пол стеклянную утварь. Незнакомое тело пульсировало от боли, но разочарование, которое испытывал Сатомер, было куда сильнее и неприятнее.
Теодор не мог остановить чужое тело, а потому у него не было выбора, кроме как наблюдать.
Это буйство продолжалась несколько минут. Затем Сатомер вздохнул и повернулся, чтобы куда-то посмотреть. На стене висело грязное зеркало, при этом настолько пыльное, что даже приблизившись невозможно было увидеть своё отражение.
Как правило, поверхности зеркал протирали влажным полотенцем, но перед ним стоял маг.
– Очистка.
Грязное зеркало очистилось всего от одного слова, и в нём появилось отражение лица человека среднего возраста. У него была отчетливо бледная кожа и сухие, покусанные губы. Под глазами были мешки, что свидетельствовало о множестве бессонных ночей.
"Последний маг призыва, Сатомер".
Глядя на его внешность, Теодор вспомнил, что этот человек не дожил даже до 50 лет. У Сатомера было хрупкое тело, поскольку он бродил по всему континенту, накапливая усталость и токсины.
Если так, то Сатомер уже был близок к смерти в момент написания своей книги.
И в этот момент…
– Ку-ху, ку-ху-ху, ку-ху-ху-ху…
Мужчина средних лет уставился в зеркало своими потускневшими глазами, а затем истерически засмеялся, словно больше не мог этого выносить. Сатомер хохотал, глядя на своё отражение, но у Теодора сложилось впечатление, что Сатомер смотрит именно на него. Нет, взгляд был достаточно интенсивным, чтобы понять – ему так не кажется.
И вот, неудивительно, что Сатомер первым заговорил с ним:
– Ку-ху-ху, ты пришел, чтобы посмеяться надо мной?
"А-а? Посмеяться?"
– Не притворяйся, что не понимаешь! Признавайся, ты хочешь высмеять магию Сатомера?!
Согласно записям, возможности магии призыва упали ещё тогда, когда Сатомер был жив.
Он тратил огромное количество денег и материалов, но результатов всё не было и не было. Итак, в Магическом Сообществе магию призыва решили рассматривать как бесперспективную. Они не могли никак ограничить тех, кто её практиковал, однако лишили Сатомера и прочих магов права входить во фракции, на которые подразделялось сообщество магов.
Таким образом, в конце концов, Сатомер был вынужден покинуть башни магии, а изучение магии призыва в башнях магии прекратилось окончательно.
Обиды Сатомера накапливались целыми годами и со временем переросли в настоящее негодование, что было не совсем на руку Теодору.
Тем временем Сатомер продолжил выплевывать слова:
– Не знаю, зачем ты здесь, и знать не желаю. Ты – маг 6-го Круга, к тому же молодой. А я застрял на 5-ом Круге до самой смерти. Зачем тебе мои знания? Очевидно же, что ты просто хочешь понасмехаться надо мной!
Тем не менее, Теодора не смутило столь негативное замечание. Вместо этого ему наоборот стало жаль этого человека.
Сатомер был магом, который шел по своему пути и не сворачивал с него до самого конца. Однако вместо уважения, от других людей он получал лишь насмешки и оскорбления. Для магов это был настоящий позор, однако Тео не думал, что жизнь Сатомера была бессмысленной.
"Вы заблуждаетесь, наставник Сатомер", – почтительно произнес он.
Тем не менее, реакция Сатомера стала ещё более интенсивной. Тыча себе в лицо, он спросил, подняв голос:
– Наставник? С какой это стати я стал твоим наставником?
"Я не могу придумать более правильное обращение. Если Вам так не нравится, я могу обращаться к Вам как-нибудь иначе".
– … Что ж, ладно. Забавный ты парень.
В чем же заключалась причина такой реакции? Сатомер плюнул на своё отражение в зеркале, после чего плюхнулся в кресло. Затем он вздохнул, словно усталый путник, который целый день не приседал. Сатомер безучастно смотрел перед собой, и Теодор терпеливо ждал, пока тот что-нибудь скажет.
Так, посидев какое-то время с опустошенным лицом, Сатомер наконец заговорил. Поскольку через Синхронизацию он тоже получил доступ к воспоминаниям Тео, первым делом маг произнес его имя:
– Ты – Теодор Миллер?
"Да".
– Ребенок, благословленный небесами. Достичь 6-го Круга в двадцать лет… Тебе и вправду благоволят боги. Не знаю, почему такой человек, как ты, хочет знаний от такого неудачника, как я.
Сатомер до сих пор говорил неприятные вещи, однако на сей раз они были направлены уже не на Тео, а на самого себя.
Теодор представил себе, что качает головой, и ответил:
"Наставник – не неудачник".
– Черт, не пытайся успокоить меня. Я не хочу слышать это от ребенка, у которого ещё даже щетина не выросла.
"Если Вы заглянете в мои воспоминания, то поймете, что я владею гримуаром".
– Что, решил похвастаться?
Однако затем в уши Сатомера вошло то, что его действительно заинтересовало:
"Прежде чем прийти сюда, я кое-что спросил у гримуара. Мой вопрос звучал так: почему магия призыва слабее, чем любая другая магия, и разве то, что написано про неё в легендах – просто вымысел?"
– … И что?
"У гримуара был ответ. Причина, по которой магия призыва не работает должным образом, не имеет отношения к самой системе".
