Однако, в отличие от рационального ума Тео, его сердце не могло это принять. Сатомер потратил всю свою жизнь, так и не добившись успеха, и теперь он даже потерял мечту, которую пытался воплотить после смерти! Как маг, Теодор не мог принять столь прискорбный конец.
"Вы ведь этого так хотели! Вы не сдавались до самой смерти! Не нужно этого делать и сейчас! Не отворачивайтесь!"
Даже если Теодор преуспеет в призыве существа, Сатомер уже не застанет этот успех. Тео не мог принять такую концовку.
Однако Сатомер ответил таким же циничным тоном, как и всегда:
"Кха-ха-ха, действуя таким образом, ты начинаешь мне казаться полным неудачником".
"Наставник!"
"Заткнись. Это уже сделано. Лучше посмотри на то, что происходит сейчас перед тобой".
Перед ним? Теодор поднял голову и увидел развернувшуюся картину.
Бу-дух!
Рэндольф скрестил свои два меча, едва заблокировав атаку. Однако его запястья и колени так задрожали, словно были готовы в любой момент сломаться. Это было доказательством того, что он уже был на пределе. Даже жизнь Аквило находилась под угрозой, словно свеча, стоявшая перед бурей.
– Уф…! Уф…! – пытался отдышаться Рэндольф.
Даже мечник высшего класса не мог контролировать своё дыхание. А тем временем неумолимый шквал атак от Супербии лишь нарастал. Не в лучшем положении была и Аквило, которая изо всех сил пыталась его заблокировать.
– Айк! – завопила правительница морей, поспешив прочь от острых зубов.
Её красивые синие чешуйки стали красными от её собственной крови, а на теле не осталось ни одного живого места. Даже её губы были в крови.
Как долго ещё они смогут держаться?
"Парень. Разве они сражаются с этим монстром не для того, чтобы защитить тебя?" – спросил Сатомер, находясь последние секунды в теле Теодора.
Глядя на отчаянные попытки сдержать Супербию, у Теодора не находилось слов для ответа на этот вопрос. Кроме того, оговоренные тридцать секунд уже вот-вот должны были подойти к концу.
"Не беспокойся обо мне. Думать нужно о живых, а не о мертвых. Моё желание почти исполнено. Разве я не этого хотел? Меня устроит такой результат, даже если я покину этот мир. Ну что ж, настало время привести твой план в действие", – искренне произнёс Сатомер.
"Разве Вы будете удовлетворены этим?"
"Удовлетворен? Конечно, нет. За всю свою жизнь я ещё ни разу не сталкивался с таким понятием, как «удовлетворение»".
В тот момент, когда лицо Тео перекосилось от этого зашкаливающего цинизма, 30-секундный период подошел к концу.
Начинается Трансмиссия объекта "Сатомер".
– Наставник! – машинально выкрикнул Теодор осознав, что к нему вернулся контроль над его телом. Он не мог не восхититься совершенством начертанного магического круга, слушая постепенно удаляющийся голос Сатомера.
"Да, я всё сделал как надо. От заклинания до магического круга… И я тебя всему обучил, разве не так?"
"Да, всё верно".
"Тогда этого достаточно. В конце концов, разве не тот, кто преуспел в этом типе маги… Я, Сатомер…? Все мои печали, мои мечты… Эта неполноценность, эта идеология – я передал тебе всё, что у меня было! А теперь я могу спокойно покинуть этот мир".
В качестве доказательства своей решимости Сатомер не чувствовал сожаления, поскольку его душа поглощалась. Скорее, эта самоотдача лишь усилилась. Сатомер смотрел на Тео, который был куда младше него, но сумел поймать ту судьбу, о которой сам Сатомер мог лишь мечтать.
"Я оставляю всё это тебе", – сказал Сатомер многообещающему, но всё ещё молодому Теодору.
Это был момент, когда лучший маг-призыватель современной эпохи передал все свои знания и опыт преемнику.
"Магия призыва, новые достижения… Я передаю тебе абсолютно всё. Осознай эту честь".
"… Да, это большая честь для меня".
"Если ты это понимаешь… Зови. Прямо сейчас".
За некоторыми исключениями, магия призыва всегда заканчивалась путем произнесения вслух имени существа, которое призыватель хотел вызвать.
И вот, пока Теодор попытался пошевелить губами, оставшаяся часть Сатомера закричала:
"Зови!!!"
И в ту же секунду сам Теодор громко закричал:
– Приди, Фафнир!
***
Это случилось мгновенно.
В тот момент, когда он появился, мир начал гореть.
Это был священный дракон, созданный из белого пламени.
Ночь мгновенно отступила, а от тьмы не осталось и следа. Все облака в небе испарились, а уровень моря опустился быстрее, чем растаяло бы в духовке кинутое туда мороженое.
Небо стало ярким, как днём, а интенсивный свет грозился иссушить глазные яблоки. Некоторые рыболовные шхуны на побережье попросту растаяли от такого жара.
Морская вода забурлила, словно лава, а плавающая в окрестностях рыба сварилась заживо, даже не успев осознать, что произошло.
И всё это случилось ровно за одну секунду.
Когда Фафнир спустился в материальный мир, всё, что находилось в радиусе трех километров, превратилось в пылающий ад.
Это было то самое существо, которое сожгло первоначальные Древа Мира в Эпоху Мифов и превратило Красное Плато в безжизненный пустырь.
Фафнир был самым сильным козырем, который был у Теодора.
– …!
