Это была не синхронизация, а соединение. Он не понимал разницы, но эти два слова определенно приводили к различным феноменам.
Синхронизация была погружением, в то время как соединение к чему-то его подключало. Как только Тео решил поразмыслить над этимологией этих двух слов…
– Ах, так вот что за дитё здесь расшумелось.
Позади него раздался дряхлый голос, преисполненный весом своих лет. Тео поспешно обернулся.
Неподалеку от него стоял старик с белой бородой и длинными волосами. В тот момент, когда Тео попытался что-то ему ответить, он почувствовал кое-какую странность. Его глаза округлились, а сам он замер.
"Ч-что? Почему у меня нет голоса?"
В тот момент, когда Тео встретился со взглядом старика, он весь напрягся. Как бы он ни старался, он не мог пошевелить даже пальцем. Как один только взгляд смог связать его по рукам и ногам, когда старик даже ни одного заклинания не произнес?
Недоумевавший Тео продолжал смотреть в глаза старика и вскоре понял причину.
Ваша личность меркнет по сравнению с величием собеседника.
Белые волосы старика были похожи на горный пик, покрытый льдом, а его потрепанное годами тело напоминало ему о величайшем горном хребте континента. Его глаза были ясны, как море, и, казалось, смотрели прямо сквозь Тео.
"Э-этот человек, он вообще человек…?"
Казалось, перед ним стояла великолепная гора в форме пожилого мужчины. Одно его присутствие давило на Тео, словно несколько атмосфер.
У него не было ни малейших сомнений в личности этого человека. Это был величайший элементалист своего века, Мирдаль Херсейм. Тот, кто обладал чистой родословной, открывшей ему дверь в мир духов…
Он был гением, который достиг бы конечной нирваны, если бы прожил немного дольше и сумел вызвать короля духов.
– Хм-м… Позволь мне взглянуть на тебя, – сказал он тихим голосом, окинув его взглядом.
Голубые глаза Мирдаля пронзили Теодора Миллера. Его взгляд был пропитан и проницательностью, и мудростью, которые были свойственны лишь самым мудрым волшебникам. Глаза старика смотрели в саму сущность Тео.
Духи не открывали свои сердца чему-то нечистому и ложному. Они отвечали лишь искренним людям. Естественно, что взгляд элементалиста был подобен глазам самих духов.
Долгое время не спуская глаз с Теодора, Мирдаль наконец заговорил:
– Тебе неведомо, как бушевать, подобно пламени. Ты избегаешь самовозгорания и не получаешь наслаждения от безрассудных проблем. Дух огня не для тебя.
В этом был смысл. Тео был волшебником, который руководствовался холодной головой, а не горячим сердцем. Ещё с детства характер Тео не был вспыльчивым, поскольку он всегда пытался подавлять все свои импульсивные поступки.
– Ты не свободен, как ветер. Ты строг к себе и ненавидишь действовать без цели. Духи ветра не будут интересоваться тобой.
Мирдаль увидел и эту его черту. Теодор понимал нехватку своего таланта и упорно трудился, чтобы её преодолеть. Каждое действие, которое впустую тратило его время, считалось грехом, а расслабленность была приравнена к лени.
– Ты не столь гибкий, как вода. Ты уже определился со своей жизнью и будешь двигаться по заданному курсу. Эта жесткость, безусловно, замечательна, но духи воды, которые всегда меняют форму, не приветствуют таких людей.
Это тоже было не лишено смысла.
Тео шёл по пути мага до самого конца, даже когда над ним издевались и говорили, что пора сдаться. И вместо того, чтобы признать свою ущербность, он прикладывал лишь ещё больше усилий. Даже понимая, что это бессмысленно, он не мог отказаться от своей цели.
"Вы говорите, что я не прав? Я не прав в том, что не такой горячий, как огонь, не такой свободный, как ветер, и не столь же гибкий, как вода?"
Тео, который был отвергнут тремя типами духов, с горечью прикусил губу. Эта горечь… Она была протестом против того, что он был лишен таланта.
Однако Мирдаль ещё не закончил.
– Однако ты знаешь, что такое упорство. Независимо от того, насколько велика скала, когда-нибудь она станет песком. Но скала должна выдерживать горячую лаву и обладать твердой поверхностью, сглаженной каплями дождя. Ни огонь, ни ветер, ни вода: ничто не может поколебать эту устойчивость.
Затем уголки рта Мирдаля, наполовину скрытые под белой бородой, приподнялись вверх в улыбке. Он постучал по земле своим посохом. Тем временем Тео всё ещё оставался в неподвижном состоянии.
– Я вызову духа, подходящего для твоей глупой честности!
В тот же момент на конце его посоха возник яркий свет, заливший собою всё вокруг. Тео машинально заморгал, однако слезы всё равно застелили его глаза.
"Ребёнок…?"
Он смутно видел форму маленького ребенка, размером с ладошку взрослого человека.
И вот, это дитё, созданное из глины, плыло к нему по лучам света. А затем оно слегка ударилось своей головой прямо в лоб Теодора.
– Ха-ха-ха! Ты понравился этому ребёнку! Его имя – Митра, забытый древний дух.
Голос Мирдаля начал удаляться. Неужели связь с ним подходила к концу? Его голос становился всё слабее и слабее, и в конце концов сознание покинуло Тео. Лишь крошечная глиняная точка на лбу стала яснее.
Дух земли, Митра…
