Клинок, который мог разрубить гору? Кулак, способный разрушить крепость? Всё это не заслуживало даже упоминания по сравнению с жутким видом некогда ясного неба.
— Ум-м-м… И я сражалась с этим парнем?
Придя в себя, Вероника посмотрела вверх, где то и дело сталкивались два цветных луча.
Её магическая сила была практически на нуле, а движения противоборствующих сторон были слишком быстрыми, чтобы она даже успевала улавливать их следы. Вероника не была уверена, что смогла бы пережить даже три таких атаки в своем драконо-подобном состоянии, а о том, чтобы уклониться от них, и вовсе речи не шло.
Только сейчас она поняла, что её действия были по-настоящему наивными и безрассудными.
— … Инвидия с самого начала не воспринимала эту схватку всерьез, — ответил Теодор, производя пассы руками. Он, как мог, срастил левую руку Эдвина и перевязал шею едва дышащему Эллаиму.
Благодаря силе Нуады, им не нужно было беспокоиться о возможной смерти из-за полученных травм. Тем не менее, половина присутствующих здесь людей лишилась своих боевых возможностей.
Благодаря зельям Теодора, Рэндольфу удалось исцелить свои руки, но оба эльфа были тяжело ранены. Орта некоторое время пролежал без сознания, а потому сейчас пребывал в несколько лучшем состоянии, однако его пространственная магия не была угрозой для Инвидии.
«Нет, в этой ситуации беспомощны мы все», — поняли мастера, наблюдая за битвой между Нуадой и Инвидией. Такой противник был им не по зубам. Остановка Времени Бланделла сумела задержать Императора всего на несколько секунд, а отчаянные попытки Вероники оказались для Инвидии не более чем игрой.
Единственное, что они могли, — это пожелать Нуаде победы.
— Мастер Белой Башни, — произнес Теодор, приняв самое лучшее решение, — Заберите отсюда двух эльфов и тело Мастера Синей Башни. Если Науда победит, мы последуем за вами. Однако вы должны быть готовыми к худшему.
— Другими словами… Ты предлагаешь мне убежать в одиночку?
— Да.
Теодор проигнорировал хмурое лицо Орты и перевел взгляд на остальных.
— Я хотел бы, чтобы двое других тоже пошли с Вами, но… Кажется, они не согласятся.
— Конечно, не согласимся! Как мы можем оставить тебя здесь самого?
— Неужели я так плохо выгляжу? Кроме того, этот сукин сын всё равно будет преследовать меня. Если я убегу, то отсрочу свою судьбу всего на несколько минут.
Все они уже были готовы умереть. Теодор посмотрел на двух улыбающихся людей и понял, что ему их не переубедить.
Орта какое-то время помолчал, но, в конце концов, кивнул.
— … Обязательно возвращайся живым. И вы тоже, Мастер Красной Башни и сэр Рэндольф.
— Оу! Я и не знала, что ты способен говорить такие сентиментальные вещи!
— Предлагаю по возвращению как следует напиться.
Зафиксировав на лице свою привычную маску, Орта подобрал тело Бланделла и положил его рядом с хранителями-эльфами.
Мастер Синей Башни, с его извечными крепкими мышцами и спокойным лицом, больше не двигался. Глядя на Бланделла, Орте казалось, что он просто спит…
А затем Мастер Белой Башни начал действовать. Благодаря меньшему количеству людей телепортационный круг был завершен куда быстрее, чем в прошлый раз.
Вшух!
Хлынул яркий свет, и у подножия горы осталось всего три человека.
— Что ж, а теперь будем наслаждаться зрелищем? Кто из них наш? — глядя в небо, пробормотал Рэндольф.
— Судя по всему, Нуада там, где серебряный свет.
Вселенная, открывшаяся их взглядам, а также звёздное небо в дневное время суток, были просто впечатляющими. Два луча света, постоянно сталкивающиеся друг с другом на этом фоне, напоминали собой фейерверк во время фестиваля.
Серебряное сияние Нуады и красноватый свет Инвидии…
Теодор, Рэндольф и Вероника не могли понять, что именно там происходит, но большая часть света, наполнявшего небо, была окрашена в серебристый цвет. Иногда сквозь него прорывался кровавый вихрь, но он всегда бесследно исчезал, поглощенный серебряным свечением. Было вполне очевидно, за кем сохраняется инициатива.
— Похоже, этот парень по имени Нуада доминирует. Как считаете? — спросила Вероника, в голову которой пришла та же мысль, что и Теодору.
— Вроде бы, да, но пока что нам ещё ничего не известно.
Они и вправду ещё ничего не знали.
Нуада назвал Инвидию «захватчиком».
Гримуар из Семи Грехов противостоял богу из Эпохи Мифов. А ещё Теодор не забыл, что Нуада принял призыв из-за личных эмоций. Это означало, что гримуар, подобно демонам, был врагом богов.
Однако, в отличие от богов и демонов, которые в эту эпоху уже не встречались, Семь Грехов всё ещё оставались активными. В вопросах выживания они превзошли как богов, так и демонов.
Кроме того, Инвидия пребывала в этом мире целых пятьсот лет, а потому было бы странно, если бы у неё в рукаве не оказалось никаких скрытых козырей.
С таким противником нельзя было расслабляться до самого конца.
Серебряный свет вперемешку с красным продолжал разрывать небеса.
Фу-ду-ду-ду!
