— Идиот, — раздался знакомый голос, который звучал вполне отчётливо даже несмотря на разделявшее их расстояние, — Ты впустую тратишь свои силы на баловство с этой дурацкой магией.
Это был Саймон Магус, пиковый волшебник Эпохи Мифов и трансцендентный человек, бросивший вызов стене 10-го Круга. Активируя свою магию пространственного изгнания, он смотрел на Теодора Миллера с ярко выраженным презрением.
И вот, несмотря на возникшее чувство дискомфорта, Теодор тут же собрался было опровергнуть его слова, однако…
— Ай-а-а-а-а-к!
Именно в этот момент ассимиляция с тенью закончилась, и все пять чувств Теодора Миллера вспыхнули, словно от взрыва огромной бомбы. Тысячи различных цветов и огней пронзили его глаза, а запахи — разорвали его носовые рецепторы. Его барабанные перепонки лопнули от всех разновидностей поступающих звуков, в то время как в желудке образовалось такое чувство, будто он съел гнилое мясо.
Это был серьёзный побочный эффект, причём оказавшийся совершенно неожиданным.
— Ни одно живое существо не может ассимилироваться с негативным измерением. Ты не задумывался о том, что может произойти после твоего возвращения? Ты ещё более жалок, чем болван, намеревающийся прорезать дыру в измерении садовыми ножницами.
В уши Теодора, который всё ещё боролся с бурей вернувшихся ощущений, потекли насмешливые слова, сопряженные с чем-то наподобие урока.
— Слушай внимательно, кретин. У тебя уже есть средства для преодоления твоих ограничений. Ты просто этого ещё не осознал. Как можно быть настолько глупым, чтобы этого не понимать?
Совет Саймона Магуса потребил 5,000 очков достижений.
— Ты даже не знаешь, что такое «гностицизм», а уже используешь Абраксас. Тебе практически удалось завершить его, даже не зная его истинной ценности. Если бы ты был моим учеником, я бы уже сто раз избил тебя до смерти. Забудь о тенях. Если у тебя есть сила, чтобы проделать этот трюк, сделай так, чтобы вылупилось твоё собственное яйцо.
Совет Саймона Магуса потребил 11,500 очков достижений.
— Остановка Времени — полезная уловка против таких смертных, как ты, но ублюдок, полагающийся исключительно на этот трюк, — ничто. Если ты проиграешь даже несмотря на мои учения, я сам разорву твою душу на тысячки кусков.
Всякий раз, когда раздавался мрачный голос Саймона, перед глазами Теодора всплывало информационное сообщение. 5,000 очков, 11,500 очков… Но что ещё хуже, эти издевательские нравоучения ещё и потребляли очки достижений.
Стиснув зубы и пытаясь перебороть боль, Теодору больше всего на свете хотелось ответить Саймону: «Делай, что делаешь и перестань нести чушь!».
Всё его тело дрожало.
Теодор посмотрел в сторону Саймона Магуса и едва сумел открыть рот только для того, чтобы вновь закрыть его… Он вспомнил, что услышал несколько секунд назад.
лихорадочно вспоминая слова Саймона, подумал Теодор,
Именно так всё и было.
Он был курицей.
Великая магия, Абраксас (ΑΒΡΑΞΑΣ).
Полное спокойствие, пришедшее с просвещением, вызвало взрыв его собственной маны. Да, все его атрибуты собрались и ударились друг о друга, будто намагниченные. То же самое произошло и с восемью кругами, выгравированными в сердце Теодора.
Теперь Теодор мог отчётливо это видеть. Учения, полученные им у других волшебников, смешались со словами Саймона Магуса и подняли раненый дух Теодора на более высокий уровень. Абраксас, впервые упомянутый в гностицизме, являл собой божьего ангела с головой петуха, телом человека и ногами змеи. Однако, в отличие от людей, петухи и змеи рождались в яйцах.
Если Теодор хотел выйти за человеческие пределы, ему необходимо было пробить свою собственную скорлупу.
Принудительная Гармонизация.
Сила, циркулирующая в теле Теодора, смешалась с великой магией Абраксас и превратилась в самого Теодора.
— АБРАКАДАБРА, — находясь в трансе, пробормотал он.
Это было одновременно и начало, и конец.
В тот момент, когда восемь кругов Теодора Миллера разлетелись на части, в материальном мире родился последний трансцендентный человек.
Если жизненная сила человека исходила из его сердца, то источником силы волшебника были его круги.
Круги — вот что являлось главным инструментом, который помог человечеству выжить и обрести во времена Эпохи Мифов более высокий статус. Это было наследие предков, намеревавшихся воспроизвести могущество богов и демонов. И результатом стала способность напрямую вмешиваться в законы материи, изменяя их по своей воле.
