Спустившись в обеденный зал, я если честно удивился, обнаружив у нас в гостях на завтраке чету Тонкс. Неожиданный поворот, если учесть вчерашнее настроение и состояние Меды. И это может значить лишь то, что когда требуется, Эдварда умеет быть Главой Семьи, но только в тех случаях, которые он считает важными, но как бы там ни было, вот только тему предстоящей сегодня встречи деда с Дамблдором, за всё проведенное с нами утром время, Тонксы не поднимали. Но если взрослые были немногословны, скованы и чувствовалась в них некая неловкость, то Дора словно вообще не ощущала этой гнетущей атмосферы и была как всегда полна задора и энтузиазма.
После того, как все поели и Тонксы покинули наш дом, я отправился в библиотеку, Нимфа же на уроки с репетиторами, сегодня у неё была нумерология и традиции магии, а дед, на сколько я понял и мог догадываться, отправился готовиться ко встрече. У него в достатке хранилось в закромах и сокровищнице сильных и очень опасных артефактов, вот только беда в том, что самые мощные и эффективные из них, являлись наследием его работы в Аненербе и были легко узнаваемыми любым волшебником, который имел дело с элитой гвардии Грин-Де-Вальда. Из чего следует, что Гюнтеру было не с руки и даже очень опасно демонстрировать Альбусу наличие у себя таких занятных ценностей. Как уже было упомянуто, Дамблдор был очень сильным волшебником, а могущество всегда идёт под руку с очень острой и высокой чувствительностью к магии. И директор Хогвартса, даже без применения специализированных чар и заклинаний, только за счёт пассивного восприятия, может без особого для себя труда идентифицировать всё артефакты, которые чуть ли не в промышленных масштабах изготавливались подопечными Гюнтера и института магии, который он когда-то возглавлял, будучи штандартенфюрером Аненербе, на благо элитным магам третьего рейха, естественно.
Так что как такового выбора у деда и не было, нужно было обходиться «посредственными» артефактами на предстоящей встречи. Неудобные вопросы ему точно были не нужны.
Время встречи неумолимо приближалось, я, Дора и Гюнтер неторопливо обедали, соблюдая все тонкости этикета, за чем очень пристально следил дед, когда его лицо вдруг «озарила» мимолётная улыбка, будто бы случилось что-то очень хорошее, после чего он извинившись перед нами, встал из-за стола и покинул обеденный зал. Отсутствовал Гюнтер не долгого. Но когда он занял своё место за столом, я заметил у него в руках небольшую шкатулку, которую он положил возле себя и как ни в чём не бывало продолжил есть. И меня, а также Нимфадору стало грызть изнутри сильное любопытство, что же такое он принёс и куда вообще отлучался? Данный инцидент было делом неслыханным, ведь порой казалось, что разразись на улице армагеддон или случись нечто подобное, соразмерного масштаба катаклизм, это никак не может заставить Гюнтера изменить своим привычкам и он как ни в чём не бывало продолжит следовать этикету. Так что его отлучка из-за стола было чем-то невероятным.
— Дед, а куда ты ходил сейчас и что за шкатулку ты с собой принёс? — Ну не смог я удержаться и дождаться окончания обеда, дабы утолить своё любопытство. Дора тоже ёрзала на стуле в нетерпении и не спроси сейчас я, то это бы сделала уже очень скоро она.
— А это внук мой, ответ Дамблдору. Этот ein schlechter Mensch (перв, — «плохой человек». Дед больше не позволял себе браниться матом на немецком, но когда дел доходило до выражения ярких эмоций и мыслей в присутствии Доры, он переходил на родную мову, подражая Леонову из «Джентльменов удачи») снова решил послать мне сообщение при помощи феникса. Вот только после вчерашнего, когда мы стали очевидцами наглости Дамблдора и познакомились с его фамильяром, я поздней ночью, когда ты уже спал, Магнус, провёл ритуал, который прикрыл наш дом от огненного плана, через который перемещается феникс, сместив наш дом ближе к измерению хлада в энергетической спектре. И благодаря моей защите, фениксу к нам теперь так просто не попасть. В шкатулке же яйцо, некогда бывшее Фоуксом. Преодолевая сегодня пространство через огненный план и попытавшись из него оказаться у нас в доме, по поручению своего хозяина, когда феникс решил вынырнуть из родной стихии и передать мне очередное послание Альбуса, «бедолагу» ошпарила концепцией холода, что для него не прошло бесследно. Это привело к тому, что у нас дома материализовался не феникс в своей взрослой форме, а его «труп». А так как эти отродья огненного плана бессмертны и существует в бесконечном цикле возрождения не покидая мироздания, в котором завершился их предыдущий жизненный цикл, то у нас дома вывалилось уже яйцо феникса, вместо половозрелой твари.
— Ясно… Но разве он не должен был сразу обратится в птенца? И что на этот раз Дамблдор от тебя нужно?
