Узнав эту жестокую правду, архимаги начали незамедлительно действовать: был разглашен закон, запрещающий использование нового метода. Но это мало чем помогло. Маги продолжали умирать в попытках овладения могущественными заклинаниями. Скоро, от нескольких тысяч чародеев осталось меньше половины. Тогда и был введен более жесткий закон, карающий казнью всех, кто не соблюдает волю Магического Сообщества. Этим они пытались остановить хотя бы тех, кто еще не ступил на этот опасный и разрушительный путь. По городам выпустили специальные отряды магов, следящих за этим, и после нескольких показательных «наказаний» количество нарушающих действительно стало снижаться.
Однако на этом проклятие новых заклинаний, названных «запретными», не закончилось. Каким бы разрушительным и опасным не был эффект от использования запретного метода, последствия применения подобных заклинаний более трех-четырех раз оказались еще ужаснее, в буквальном смысле этого слова. Ученые маги, изучающие новый метод, выяснили, что многократно использующий запретную силу маг со временем, если ему удавалось каким-то образом выжить, покрывался аурой дикого и необъяснимого ужаса. Чем больше он пользовался новой силой, тем плотнее и сильнее становилась аура вокруг него. Доходило и до того, что даже сильный духом человек не мог находиться рядом с ними. В конце концов, потерявшие всех близких и дорогих им людей, маги сходили с ума и кончали жизни самоубийством.
К концу Безумного Десятилетия в мире осталось немногим больше тысячи магов, включая самых юных учеников. Практически никто из использовавших запретные заклинания не выжил. Ученые-исследователи так и не смогли понять, чем именно вызвано столь пагубное влияние, хотя многие предполагали, что таковой была цена нарушения основных законов магии.
Закончилось все тем, что ввели запрет не только на использование нового метода, но и любого упоминания о нем. Всю информацию, касающуюся запретных заклинаний и связанных с ним исследований уничтожили. Сжигали все, начиная от книг заклинаний и заканчивая личными дневниками. Из всеобщей истории магов стерли всякое упоминание о Безумном Десятилетии Века Обретения Могущества. Очевидцам-магам приказали молчать под страхом смерти, а для людей распустили слух о том, что никаких могущественных заклинаний нет и якобы вызванные ими разрушения всего лишь последствия разбушевавшейся природы, благо в то время засухи, наводнения и ураганы не были редкостью на Континенте. Не прерывающийся бег времени стал союзником Магического Сообщества, превратив случившееся в легенды и сказания…
Реннет закрыл уставшие глаза, но черные буквы все еще плыли в его сознании. Ответ на свой вопрос он все же получил, пусть и совершенно случайным образом. Эмоциональное удовлетворение быстро охватило его разум, заставив губы невольно растянутся в улыбке. И хотя он чувствовал сильное желание продолжить чтение, нужно было дать глазам немного отдохнуть.
«В конечном счете, я оказался прав, — думал он. — Эти проявления не имели прямого отношения к моему элементу, а значит, версия Мастера в корне неверна. Хотя, смею предположить, что многие маги, прочитав эту историю, в лучшем случае приняли бы ее за красивую легенду, а в худшем — за бред сумасшедшего. Магическому Сообществу все-таки удалось сокрыть действительность, — горько усмехнулся Реннет. Сам он не сомневался в правдивости данного повествования».
После короткой передышки юноша возобновил чтение и узнал, что несколько сотен запретных заклинаний, собранных в шестнадцать черных томов, были утрачены. Они таинственным образом исчезли из хранилищ Сообщества. В этом подозревали организацию под названием Гильдия Теней, но никаких прямых улик и доказательств их причастности не смогли найти.
Дальше шел разговор между автором этого документа и неизвестным темным магом. В нем маг рассказывал о том, как к нему попал один из шестнадцати томов, включающих в себя запретные заклинания. Но когда автор попросил ему показать эту книгу, тот заявил, что уничтожил его, дабы содержащаяся в нем сила не попала в руки неосведомленного. Автор в нескольких строчках излагал свою печаль и сокрушение по поводу того, как не одна такая реликвия, возможно, была уничтожена и утеряна за прошедшие годы. Тем не менее, маг детально описал внешний вид уничтоженной им книги. По его словам, все они одинакового размера, шириной в две ладони, в угольно-черном переплете и тонкими снежно-белыми страницами, которые никогда не истлевали. А главная их особенность заключалась в абсолютно пустой обложке и чистых страницах, без каких-либо записей и текстов. На них невозможно что-либо написать или нацарапать. По словам мага, страницы оставались пустыми, пока магия не коснется их…
Реннет внезапно замер, а его карие глаза невидяще уставились на испещренный буквами пергамент. За единый миг в голове юноши пронесся вихрь мыслей и картинок. Его лицо, не смотря на бледность, побелело, а по виску скатилась капелька пота. Он целую минуту стоял не шевелясь, словно застывшее каменное изваяние.
