- Пожалуйста, попробуй, если получится, – произнесла юная леди, сопроводив своё приглашение демонстративным реверансом. В теле поверженного героя всё ещё циркулировал яд, не позволявший даже нормально пошевелиться. Конечно, пока что её жизни ничего не угрожало, но в то же время встать на ноги она не могла. Ну а от себя маг-целитель усилил её нацицепторы, чтобы болевой порог был пониже. Всё исключительно затем, чтобы не дать мечнице возможность получить хоть какое-то удовольствие, в отличие от Флер, с которой Киргот не так давно обошёлся ну слишком уж мягко. Блейд, в свою очередь, герой хотел мучить и мучить, за всю ту боль, что она ему причинила в первом мире. Избиения, изнасилования своими мерзкими игрушками, дни без еды и одежды, наряжания в платье и приказ мастурбировать – именно эта женщина топталась по гордости Кира больше двух оставшихся компаньонов вместе взятых. А потому если Фрея получила шанс искупить свои грехи, то вот мечнице предстояла долгая и мучительная смерть. Была и ещё одна причина, по которой Киргот желал видеть воительницу мёртвой…
- Меч… Мне нужен мой!.. – жалобно произнесла Блейд, из всех оставшихся сил подползая к своему оружию, которое она считала своей неотъемлемой силой, когда как на самом деле она лишь полагалась на волшебное оружие. С самого начала своего пути.
- И правда, всем хочется оружие вроде Рагнарёка, герой меча, – ехидно проговорила Кира, наступая на голову Блейд своей туфлёй, полностью пресекая дальнейшие попытки добраться до божественного артефакта.
- Т-ты знаешь?!.. Знаешь, как зовут мой меч, что я герой?! Что ты ещё на меня имеешь?! – во весь голос перепугано спросила женщина, бесполезно пытаясь вырваться из-под ноги Киры.
- Многое. У меня к тебе больши-ы-ые счёты. И сегодня ты их только усугубила. Расстроишь меня ещё сильнее – тебе конец. Просто, не правда ли? – спросил маг-целитель, протирая подошву туфли о ещё недавно прекрасные светлые волосы мечницы. Затем с недалеко стоящего полусгнившего стола, на который и был опёрт Рагнарёк, и на котором находились забранные из занятого Блейд дома дворянина деньги и драгоценности, Кира взяла небольшой нож. Это не был мифриловый кинжал, ведь тот был утерян, и кто-то уже успел его присвоить, взамен это был один из клинков из обычной стали, как раз отлично наточенный для того, что ему предстояло…
- А-А-А-А-А!!! МОЙ ПАЛЕЦ!!! ЗА ЧТО?! – взвыла от нестерпимой боли герой, потеряв мизинец, что маг-целитель отсёк, втыкая острое лезвие в деревянный пол.
- За твою противную рожу. Смотрю я на тебя, и мне… Ха-ха! Мне вспоминается кое-что! Но ничего! Теперь ты, милая моя, потеряла драгоценный мизинчик, как же ты будешь работать без него, а, мечница?! ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! – расхохотался извращённый годами боли и издевательств Киргот. Она ещё не умерла, но использовать меч Блейд уже не сможет никогда. Восстановить его ей кроме него уже никто не сможет.
- Теперь ты поняла своё положение? – успокоившись, вопросила прелестная улыбающаяся Кира.
- СГНОЮ, ПИДОРАСИНА!!! – выкрикнула искалеченная мечница, у которой даже не было сил поднять руку, чтобы пережать свою кровоточащую рану.
- Твой выбор, – сказал волею судьбы и своим усилиям палач и судья в одном лице, выдирая нож из пола.
- ИА-А-А-А-А-А!!! – проревела Блейд, теряя ещё и безымянный палец. – А ведь тебе говорили. Идиотов надо учить только через боль, – произнесла «девочка», наблюдая, как ещё недавно до смерти страшившая Киргота женщина корчилась от агонии и страха, а по её щекам катились слёзы горя. Страдания – вот, что она познала, были лишь малой каплей в море по сравнению с тем, как страдал он сам. И вот, не в силах выдержать такие мучения, герой меча потеряла сознание.
