Маг Ураганов полностью

Один раз я прошел через это, но тогда все это происходило на адреналине, в горячке битвы. Да и Кесарь пытался прикончить меня первым, а до того умудрился основательно разозлить. Теперь же я готовился заранее и хладнокровно. И точно знал, что убийства не избежать.

Во время нашего разговора в замкнутом пространстве два дня назад Аркадий сказал мне:

— Тень не может убить Тень, точно так же как один ребенок-волшебник не может причинить вред другому. Впрочем, у Теней как раз запрета на причинение нелетального вреда не стоит, только на убийство. Очевидно, это тоже введено как защитная мера — чтобы они могли, в случае чего, окорачивать друг друга.

— И ты считаешь, что у них не сработало?

Аркадий пожал плечами.

— С Кесарем — однозначно. У меня предчувствие, что они там все примерно такие. Видимо, за века сложилась система с положительной обратной связью, которая поощряла асоциальное поведение в отношении всех остальных, кроме круга «избранных». Иначе поведение моего донора не выглядело бы так.

— Согласен, — хмуро кивнул я. — Было бы здорово, будь он один там такой отморозок, но такого счастья явно не светит.

— На самом деле все будет видно по тому, как нас встретят, — развил свою мысль Аркадий. — Если там сохранились остатки адекватности, будет попытка наладить диалог. Тогда можем поторговаться.

Я молча кивнул.

— В худшем же случае на нас нападут с порога. Тогда… Что ж. Если мне дадут вставить хоть слово, я предложу им возможность остаться в живых. Но, тех кто ею не воспользуется, убивать придется тебе. Другого напарника, посвященного во всю эту историю, способного видеть магию и драться магией при необходимости, у меня нет. Прости, Кир.

— Почему «прости»? — я пожал плечами. — Я сам в это влез по уши. И был готов к чему-то такому.

И я не врал, я действительно был готов. Этот самый «нервяк» на девяносто процентов состоял из гнева, а на оставшиеся десять — не из страха, а из нежелания делать что-то неприятное, вроде похода к зубному или уборки нужника.

И все-таки.

У трапа военно-транспортного самолета меня уже ждал Аркадий. Я его заметил издали по росту и Смеющемуся Жнецу, которого он для разнообразия держал в руках. А так мог бы и не признать. Для миссии теневой коллега, как и я, переоделся: из джинсов и футболки во что-то черное, хрен разберешь при свете прожекторов на ВВП (полярная же ночь!), но вроде обычные водолазка и брюки. Оторопь вызвало то, что сверху: то ли пальто, то ли плащ ниже колен, с капюшоном. Специфического покроя. С размерами да оружием бывшего бессердечника эффект выходил… Видимо, предсказуемый и даже рассчитанный. Я припомнил Свистопляса, который эксплуатировал тот же образ. М-да, вот что значит разные весовые категории — в том числе и буквально!

— Ничего себе шмотки, — сообщил ему я.

Аркадий хмыкнул.

— Тебе, значит, можно стильный плащ носить, а мне нельзя?

— Ну, если хочешь, чтобы встречные-поперечные в штаны накладывали…

— Не думаю, что нам так повезет. А у тебя что за украшение? — он кивнул на патронные ленты.

— Это? Я для пулемета все-таки мелковат пока, так что пришлось выкручиваться, снимать лишнее. Подаю патроны воздушными щупами, на полигоне выходило гладко.

— Надо же! — Аркадий вскинул брови. — Интересное решение. Никогда ничего подобного не видел.

Еще бы, кино про революционных матросов у них здесь не в чести — за отсутствием и революции в истории, и тельняшек в форме военно-морского флота.