– Ты так неожиданно до меня дотронулась. Но я очень рад тебя видеть, правда. Как поживаешь? Как дела в «Магазине на диване»?
Ли выдавила из себя улыбку.
– Все в порядке, без изменений.
– Правда? Рад, что хоть у тебя все нормально.
– Макс, мне очень жаль, что с тобой произошло недоразумение. Думаю, Говард был слишком строг.
– Да нет, не волнуйся. Возможно, все к лучшему Мой агент ведет переговоры с «Дискавери» и «Лайфтайм», а в Сан-Франциско открыта вакансия ведущего на новостном канале, так что…
– Отлично, Макс, это же просто здорово. Я так рада.
– Да, я тоже рад. Перемены всегда так вдохновляют.
Заметив название книги в его руках, Ли проговорила:
– Не думала, что ты интересуешься… оккультизмом.
Макс поспешно вернул книгу на полку:
– О, это ничего, на самом деле… Я просто… – Тут Макс увидел, как итальянец в велосипедных шортах, которого он преследовал уже двадцать минут, покинул отдел магии и направился к главному выходу. – Я просто искал подарок. А у тебя что за книга?
Ли сразу же поняла, что надо было отложить книгу, прежде чем подходить. И смущенно показала Максу название.
Тот рассмеялся.
– Я ее читал.
Ли широко раскрыла глаза и улыбнулась.
– Ты читал это?
– Угу. В прошлом году, – признался Макс: – У меня был роман с моим хиропрактиком, который только что развелся с женой. Правда, оказалось, что он на самом деле не развелся с ней, а просто разошелся. И даже не разошелся вовсе, а они ожидают третьего ребенка.
– Ох, Макс, какой ужас. Мне очень жаль.
Он махнул рукой, отгоняя воспоминание.
– Не стоит, я уже давно забыл об этом. Благодаря этой книге, – добавил он, похлопывая по обложке книгу в руках Ли.
Не желая вдаваться в подробности своего романа, Ли решила соврать:
– Да, у моей сестры похожая ситуация, и я просто не могу спокойно смотреть на ее мучения.
Макс понимающе взглянул на Ли.
– Еще бы. Я все понимаю. Надеюсь, книга поможет… твоей сестре.
– Ну ладно, мне пора бежать. Надо еще зайти в «Ни единого пятнышка» и забрать вещи после чистки.
– Да, мне тоже пора, – кивнул Макс.
Макс направился к выходу, а Ли – к кассам, но внезапно он обернулся.
– Знаешь, Ли, я бы с радостью пообщался с тобой. Мы мало знакомы, но в последнее время моим лучшим другом стал телевизор.
Ли вспомнила Валери Бертинелли и свои недавние одинокие рыдания в подушку и ответила:
– С удовольствием, Макс.
Они обменялись телефонами и попрощались, пообещав друг другу в скором времени пообедать вместе.
Вернувшись домой, Макс увидел, что на автоответчике горит красная лампочка. Бросив ключи и бумажник в миску на кухонном столе, он нажал на кнопку.
Ошиблись номером: какой-то басист искал гитариста по имени Нед.
– Надеюсь, ты не подумала, что я ненормальный? – спросил Элиот Бебе за ужином на втором свидании.
– Я не говорила, что ты ненормальный! Я сказала, что это безумно романтично.
На Бебе было блестящее черное платье, то самое, что она купила в «Генри Бендел». На шее висело ожерелье-цепочка из восемнадцатикаратного золота, заказанное во время лондонского прямого эфира Триш Мишн.
– Я хотел, чтобы ты поняла, какое большое впечатление ты на меня произвела. – Элиот отломил маленький кусочек хлеба от булочки на хлебной тарелке и обмакнул его в мисочку с оливковым маслом, стоящую в центре стола.
– Ты тоже произвел на меня огромное впечатление, Элиот. – Бебе глотнула вина. – С тобой так легко, ты такой остроумный, и я… я не знаю… – Она не договорила.
– Я тут подумал, – заговорил Элиот. – Может, на третьем свидании нам для разнообразия стоит сделать что-нибудь необычное? – И тут же поправился: – Если, конечно, ты согласишься на третье свидание со мной.
Бебе просияла, потянулась через стол и взяла Элиота за руку.
– С удовольствием. Что ты задумал?
– Поскольку первые два раза мы пробовали итальянскую кухню, почему бы теперь нам не отведать французскую?
Только Бебе хотела сказать, что обожает французскую кухню, как Элиот произнес:
– Во Франции.
Бебе удивленно уставилась на него.
– Нет, не пойми меня неправильно, я не предлагаю ехать в отпуск. Мне просто подумалось, что мы могли бы сесть на «Конкорд» – до Парижа всего три часа пути – и поужинать в моем любимом ресторанчике на левом берегу Сены. Домой ты попадешь как раз к полуночи. – Элиот опустил глаза в тарелку, чувствуя себя идиотом из-за того, что задумал столь экстравагантное третье свидание.
Бебе расхохоталась. Подцепила вилкой корочку хлеба на тарелке и швырнула его через стол, в грудь Элиоту.
– Ты ненормальный. Это диагноз. Я серьезно: ненормальный.
Элиот просиял, взял корочку с тарелки и сунул ее в рот.
– Значит, ты согласна?
– Я, наверное, самая наивная женщина на этой планете, но здравым смыслом я никогда не отличалась.
– Так, значит, ты согласна? – повторил Элиот.
– Oui. – Сказала Бебе и добавила: – Знаешь, я уже подумала, что ты предложишь пойти в аквариум или, не знаю, на шоу гигантских грузовиков.
– На шоу гигантских грузовиков кончились билеты, – улыбнулся Элиот.
