– Так вы совсем не видитесь? – повторила свой вопрос женщина. Выражение лица было на разбрать. С одной стороны, оно казалось сердитым, а с другой, улыбающимся, даже шаловливым. На шее у сестры шефа красовался тот самый шарф.
– Совсем, – резко ответила я.
– Понятно, – расстроенным тоном ответила она. – Интересно, как он там? Надеюсь, у него все хорошо… Хоть бы не помер где-нибудь под забором… – произнесла она, сдвинув брови.
– Да типун вам на язык! – поспешно сказала я, на что Масаё рассмеялась, широко открыв рот.
– Ну вот, Хитоми, ты и сама не заметила, как стала взрослой теткой.
– Так я и есть взрослая тетка…
– Вообще-то, настоящие взрослые тетки сами себя таковыми не считают.
– Кстати, а вы, смотрю, немного поправились.
– Ага, поправилась немного – я всегда полнею, когда у меня столько работы.
– Да вы, наверное, одними пирожными из того кафе питаетесь!
– Не-а. Кафешка перешла к сыну хозяев, а новый директор решил все поменять – теперь продает пирожные со странными длинными названиями.
После этих ее слов силы почему-то вдруг оставили меня. Я попыталась вспомнить лицо Такэо, но не смогла – в голове с неприятной четкостью всплывал только поврежденный правый мизинец парня.
– О нет, я же так на последний поезд опоздаю! – опомнилась я, переходя на бег.
– До свидания, – протянула Масаё.
Я быстро выдохлась, но продолжила бежать, не обращая внимания на усталость.
«Люблю больше всех на свете» – я никому не могла так сказать. Если честно, даже ни разу не хотелось. Об этом я размышляла на бегу. До последнего поезда еще оставалось немного времени, но я так и добежала до самой станции, не остановившись ни на минуту.
В следующем месяце мой контракт закончился. Девочки подарили мне букет цветов. Это был первый букет в моей жизни, так что подарок меня растрогал.
– Куда дальше пойдешь? – спросила Сасаки, девушка чуть младше меня по возрасту.
– По всей видимости, в какую-нибудь компьютерную фирму.
– «По всей видимости»? Ну ты, Суганума, как обычно, себе на уме… – рассмеялась Сасаки.
«Себе на уме» – повторяла я у себя в голове, шагая по улице с букетом в руках. С этими девочками я проработала восемь месяцев. В компании были совершенно разные сотрудники – немного злые, доброжелательные, любезные, пунктуальные, немного странные… Ну а я, видимо, занимала место «человека себе на уме».
В памяти всплыла работа в «Магазине Накано». Кажется, никто из нас не открывался полностью – все проявляли себя понемногу.
Цветы не влезли в вазу. Пришлось разделить букет на две части и поставить не поместившиеся цветы в пустую банку из-под майонеза. В начале недели мне предстояло отправиться на новую работу. «Все-таки надо завтра сходить в новый массажный салон», – подумала я, открыв ящик, чтобы достать конверт с информацией о новой работе. Из ящика выпал листок бумаги.
Это был один из давних рисунков Такэо – его версия «Махи одетой».
– Так вот он где! – пробормотала я, поднимая рисунок.
На изображении я, одетая в футболку и джинсы, лежала с самым серьезным лицом. Рисунок был выполнен мастерски. Сейчас я вдруг поняла, что Такэо оказался даже еще более талантливым художником, чем я думала.
Неужели он в самом деле умер где-нибудь под забором?..
Подумав о том, что парень, возможно, и впрямь умер, я даже почему-то позлорадствовала. Однако злорадство сразу испарилось – у меня не было сил на это чувство. Да и вообще я вдруг подумала, что жизнь – ужасно утомительная штука. Не хотелось бы мне снова влюбиться… Надеюсь, скованность в плечах как-нибудь сама пройдет. В этом месяце, кажется, удастся отложить немного больше денег. Все эти мысли всплывали в голове маленькими пузырьками.
Цветы в вазе казались искусственными, хотя те, что пришлось поставить в банку из-под майонеза, выглядели как обычно.
Я снова спрятала рисунок под конвертом с материалами. Интересно, а в компьютерной компании компьютеров больше, чем в обычных? Мне вдруг вспомнилось, что компьютеры тоже прямоугольные, как и микроволновки. Прямоугольным был и тот самый керосиновый обогреватель в «Магазине Накано». Размышляя об этом, я сняла чулки и скатала их в рулончик.
На новой работе мне сказали не привычное «Вот ваш стол, Суганума», а «Вот ваш компьютер». Сразу видно – компьютерная фирма.
Разговаривали здесь несколько иначе, да и компания была намного меньше моего прежнего места трудоустройства, зато сама работа ничем не отличалась – все те же ксерокопии, поручения, разбор накладных и бумажная волокита.
За три дня я совершенно освоилась и чувствовала себя так, словно давно тут работаю. По этой же причине я быстро привыкла к тому, что коллеги не ходят обедать вместе. Ну и хорошо, такие совместные обеды ужасно утомляют.
Здесь все – и мужчины, и женщины – одинаково сидят, уставившись в мониторы. Иногда раздаются вздохи и возгласы. Забавно, что голоса мужчин звучали чуть выше, а женские, напротив, чуть ниже обычного.
