Третья группа традиций регулирует порядок внутренних отношений между членами криминального сообщества:
— беспрекословно выполнять указания главарей,
— вносить сумму в «общак»,
— обязательно расплачиваться в случае проигрыша в карты и т. д.
На подавление и подчинение направлена проверка вновь прибывшего осужденного, его «прописка». Чаще всего к новичку применяется «проверка» избиением; если не донесет об этом — достоин доверия.
Законы — это часть обычаев воровского сообщества. Например, закон «не работать» принят с тем, чтобы вор мог сохранить высокую чувствительность пальцев, что необходимо в воровской специальности. Сегодняшний «вор в законе» в своем мирке является судьей и, в соответствии с законом, получает определенный процент за это, благодаря чему может существовать безбедно. Если конфликтов в окружении нет, их можно инициировать, например, распространяя ложную информацию, вызывающую конфликты среди подопечных.
Похороны вора тоже происходят в соответствии с традициями, напоминая своей пышностью театрализованное представление: цветы, венки, оркестр, кавалькада машин. В гроб вору кладут крест, колоду карт, деньги, водку и нож. Крестом он оправдается перед Богом, деньгами откупится от черта, сыграв с ним в карты на «перевод» в рай, угостит встретившегося там вора водкой и зарежет «суку», стукача или изменившего обычаям, если встретит. В Москве новые русские разбойники облюбовали Ваганьковское кладбище. «Ваганьки» на старорусском языке означает всех неприкаянных, бомжей и разбойников. Раньше это кладбище соответствовало своему названию. Сегодня оказалось, что знаменитые люди лежат в окружении воров и бандитов: рядом с Высоцким — братья Квантришвили; рядом с Есениным — вор Кучулария по кличке Писо и скромная могила Когана по кличке Моня. Здесь же и государственный вор брежневских времен — министр внутренних дел Щелоков.
Приговор выполняется сразу на сходке, причем, как правило, человеком, наиболее близким жертве. Если сходка происходит в лагере, из числа заключенных назначается «мужик», который должен взять ответственность за убийство на себя. «Ответчик» за убийство, или иначе «грузчик», «носильщик», — как правило, осужденный на длительный срок, отбывший небольшую его часть, для которого это преступление практически не повлияет на длительность заключения.
Исполнителями других «приговоров» назначаются молодые преступники, поддерживающие «воровскую идею»: в местах заключения — это «стрелочники», «грузовики», «торпеды», лица, не выплатившие карточный долг; на воле — рядовые члены группировки — «шестерки», боевики, но могут быть и специально нанятые киллеры. Исполнители могут действовать и неприметно, например: ввести путем укола трупный яд из разлагающихся останков дохлой кошки. Человек умирает в считанные дни без каких-либо видимых признаков насилия. Это чисто уголовный прием для устранения неугодных.
Число заказных убийств растет в геометрической прогрессии. МВД доказало причастность одного из преступников к совершению более чем 30 убийств. Киллера объявили в розыск. Скоро его труп нашли в лесу с пулей в затылке. Рядом с ним пистолет, из которого он застрелил большинство жертв.
К смерти может быть приговорен и авторитет, но для этого проводится российская сходка, так как согласно закону в случае вынесения несправедливого «приговора» все участники обсуждения должны понести то же наказание, которое они вынесли необоснованно обвиненному. Если вор, нарушивший закон, старается избежать мести, скрывается, за ним отправляется «десант» даже в места заключения, и там свершается кара. Явка обвиняемого на сходку обязательна. Неявка расценивается как несомненное признание виновности.
Отход от тоталитарного строя, общая деградация государственной системы расшатали и уголовную среду. Некоторые сильные преступные личности пренебрегают «законами», надеясь на свой авторитет и силу. Все больше появляется «беспредельщиков», которые руководствуются только выгодой, пренебрегая законами: от Уголовного кодекса до «кодекса воровской чести». Для них не составляет проблемы «наехать» на крестного отца воровской урлы, ограбить его, похитить общак. Обиженные воры выносят им смертный приговор, но сильной личности все равно, кто его преследует: милиция или урки. Только у дураков не бывает врагов.