— Зелиус, ты сошел с ума: от нее будут одни неприятности! Никто не потерпит ее присутствия, даже Фарейст выставил… — не унимался маг с воздушного специалитета.
— Им придется смириться! — грозно ответил старик и встал со своего места. Несмотря на свой преклонный возраст и безобидный вид, Кетал Зелиус был одним из сильнейших магов огня империи, и спорить с ним было делом заведомо проигрышным.
Взглядом он распахнул дверь и крикнул.
— Следующий!
В кабинет с опаской заглянул невысокий парнишка с рыжей шевелюрой и гербом дома Белински на груди.
— Унесите студентку в кабинет целителя немедленно! — приказал профессор, и растерянный парень подбежал к Камиле.
Он округлившимися глазами уставился на белоснежную блузку девушки, покрытую ярко-алыми пятнами, и брезгливо сморщился.
— Шевелись! — прикрикнул профессор, и парень поспешно подхватил на руки Камилу, слегка пошатнулся, но устоял и, развернувшись, ушел прочь.
— Слишком быстрое магическое истощение: либо дар слабый, либо она не может им полноценно пользоваться… — бормотал декан огненного курса.
Остальные предпочли промолчать: говорить что-либо о недоразумении, свалившимся им на голову, не было больше никакого желания.
— Так, ладно, я вас оставлю ненадолго, коллеги, мне еще с кетом Фарейстом надо переговорить, — добавил старик и ушел вслед за рыжеволосым пареньком.
Сознание возвращалось медленно и болезненно: голова кружилась, девушка чувствовала сильную слабость, тошноту, легкий озноб. Камила осторожно открыла глаза и тут же зажмурилась — яркий свет ослеплял и раздражал.
«Где я? Разве в этом проклятом склепе бывают такие светлые комнаты?»
В горле запершило, и она тут же закашлялась, ощутила неприятный травяной привкус во рту, недовольно поморщилась. Снова открыла глаза и только через несколько мгновений смогла разглядеть обстановку. Она лежала на жесткой кушетке в кабинете целителя. Как она это поняла? Очень просто: две стены были полностью заставлены огромными стеллажами с банками-склянками с разными порошками, травами, цветными растворами и прочим. Прямо перед ней было огромной окно, сквозь которое струился солнечный свет. Девушка повернулась на звук открывающейся двери и замерла — в дверях стоял тот самый маг с оранжевой эмблемой на груди.
Подступивший страх через секунду трансформировался в злость. Камила попыталась сесть, хотя в голове от произведенного движения, словно что-то взорвалось, и она обиженно потерла виски.
— Не приближайтесь ко мне! — сквозь боль прорычала девушка, выставляя перед собой ладонь.
Старик снисходительно улыбнулся в ответ.
«И чего это ты, ведьмак проклятый, лыбишься», — чуть не сорвалось с ее языка.
— Успокойся, дитя, я не причиню тебе зла! — по-доброму заверил он, осторожно приближаясь к бледной девушке.
«Он сказал «дитя»?» — Камила непонимающе уставилась на вошедшего.
Сейчас старик и впрямь не выглядел устрашающе: даже не верилось, что вот этот улыбчивый дед — опасный маг, который сегодня дважды повалял ее по полу, попытался заживо сжечь, а потом еще и проткнуть ледяной штуковиной.
— Меня зовут кетал Зелиус, и я декан огненного курса, а ты — моя будущая студентка! — он снова улыбнулся и уверенно присел на край кушетки.
— Вы — псих! — тряхнула головой девушка.
Старик развеселился.
— Глупая, ты сама сказала, что магия приходит к тебе только в критических ситуациях, если бы я не напал, тебя уже давно вышвырнули бы из стен этого заведения, а так все убедились в том, что ты молодой маг, пусть и самого низкого происхождения, — спокойно вещал Зелиус.
Камила чувствовала, что начинает доверять старому магу — это было странно, ведь многие люди годами не могли добиться ее расположения. А странный старикашка больше не пугал девушку, а, наоборот, вызывал нечто похожее на симпатию, уже хотя бы за то, что не смотрел на нее с отвращением и не кривился, произнося «низкое происхождение».
Морщинистая рука потянулась к ее лицу, и девушка невольно отпрянула, маг опустил руку и задумчиво вздохнул.
— Кого-то ты мне напоминаешь, девочка… но вот кого именно никак не припомню, совсем стар стал, видно! — разочарованно проворчал он, а вот в глазах его мелькнула и тут же пропала какая-то искорка, словно он знал какую-то большую тайну.
— Кто твои родители, ты знаешь? — с надеждой спросил он.
— Нет, — покачала головой девушка. — Я подкидыш, и никто и никогда не видел моих родителей, — соврала Камила.
— Что ж, очень жаль…возможно, я вспомню… потом… — снова пробормотал сам себе маг и, кряхтя, поднялся на ноги.
— Как ты себя чувствуешь? — бодро спросил он.
— Не очень… — призналась девушка, — но жить буду! — уже смелее проговорила Камила и тоже попыталась встать.
Ноги тут же подкосились, но старик успел подхватить ее под локоть и, как ни странно, удержал. Комната медленно остановилась, прекращая бессмысленное кружение, и Камила снова села на кушетку.
Маг недовольно цокнул, сделал несколько шагов к письменному столу, стоящему у окна, и взял оттуда какую-то небольшую глиняную чашку с крышечкой.
