– Идем, Инга. Нам п-пора, еще есть дела. Что ж, Ярослав, д-думаю, мы б-больше не встретимся. Не могу сказать, что рад знакомству. Надеюсь, в суде обойдутся б-без моего п-присутствия.
Эмпат бросила взгляд на растерявшегося парня. Он ведь еще мог рассказать что-то важное, но Павел явно не шутил и действительно собирался уходить. Хотя вот в этом «есть дела» имелось что-то… Притворное. Но все же она встала и направилась к двери.
– Эй, эй, подождите! Минуту. Я все скажу. Сотрудничество и все такое!
В голосе парня страх смешался с мольбой и надеждой на то, что все останется по-старому, что кто-то исправит все его ошибки…
Павел вернулся на тихо скрипнувший стул. Инга последовала за ним, немного жалея, что допрос еще не окончен – она уже устала сидеть на одном месте и слушать этого Красильникова.
– Три минуты, – жестко сказал маг. – У тебя есть три минуты. П-потом мы уйдем.
– Ладно, ладно! В общем, я после этого вторжения решил узнать о Ноле и о том, куда он меня втянул. Начал рыскать в сети. Шерстил все, что мог… Короче, я не знаю кто он, но он тусуется во всяких соцсетях, на сайтах и форумах. Ищет таких, как я, и подговаривает получить магию. Ему мало кто верит, но все же. И к тому же, когда в школе одной народ потравился, Ноль рассказывал, что это все – магическая месть богатым и директору, которая обижала хорошего человека Самшитова, и что любой может сделать так же. Все очень мутно, но… В общем, мне кажется, что он – не одиночка. Я узнал только, что в тех местах, куда ехало такси, появлялась женщина, такая нерусская. С ней каждый раз кто-то был, какой-то человек и, думаю, это Ноль, просто в разных обликах.
– Мы это и б-без тебя знаем, – отрезал Павел, – минута.
– Подождите, подождите! Ноль заставил меня не только подчищать все на камерах и управлять такси, но и общаться с богатой девушкой, Владленой. Точнее, общался он, но с моего компа в выставочном зале.
– Ты его видел? – Павел уставился на парня тяжелым взглядом.
Ярослав сглотнул.
– Я не знаю, кого я видел. Но этот кто-то, перед тем как выйти в туалет, откусил бутерброд, который я для себя захватил, и так оставил. Откусил и оставил, блин, словно бомж какой-то! И такой неприятный, заросший, с щетиной, на лице ожог, хромал немного и вообще походка странная. Сидел, переписывался больше часа. Потом мне инструкции оставил, как и что писать, и свалил куда-то. Потом еще несколько раз приходил в том же облике. Заставлял меня все записи удалять, все видео. Параноик! Я сделал все, как он просил, и такси подогнал к клубу. А на следующий день он попросил, чтобы я очень быстро подогнал машину к одному жилому комплексу, а потом направил эту машину по нужному адресу, и сказал, что я должен сваливать в какое-то «убежище», если не хочу иметь дело с полицией. Такси пустое там рядом было, я все сделал, но ответил, что пас, и никуда не поеду. С тех пор он на связь не выходил. И, в общем, я помню адрес, куда направил машину. Там, думаю, это «убежище».
Павел склонил голову. Долго-долго смотрел на все больше и больше бледневшего Ярослава и, наконец, резюмировал:
– Д-думаю, сойдет за сотрудничество.
Дальнейшее показалось Инге не слишком интересным. Формальности, подписи, бумаги...
Оказалось, что пока они говорили, за односторонне-прозрачной стеной допросной Демыч с программой-транскриптором записывал показания и проверял все, что мог проверить на месте. Рядом с ним сидел еще один мужчина, брюнет с небольшой бородкой и усами, совершенно незнакомый Инге. Павел брюнету поклонился, а Демыч, кажется, и вовсе старался не смотреть в сторону этого человека. Впрочем, мужчина ушел, ничего не сказав и никак не помешав.
Когда Инга, Павел и Демыч покидали допросную, чтобы разойтись кто куда, маг поинтересовался:
– Что думаете?
Инга на ходу повернулась к Павлу, едва не врезавшись в дверь.
Спрашивал-то маг на самом деле ее, а не аналитика, который вроде как должен лучше во всем разбираться…
Демыч этого не понял и начал отвечать, тыкая во что-то на экране планшета:
– Информация изложена логично, но требует проверки. На просторах сети, особенно в темной сети, существует множество всевозможных сект и учений, чьи создатели обещают дать адептам магические силы. Впрочем, и без сети они существуют сотни лет, меняя форму, религиозную принадлежность и техническое наполнение. Например, дело…
Павел, явно вполуха слушая аналитика, повернулся к Инге. Эмпат пожала плечами и сказала то единственное, что ей пришло в голову:
– Он – говнюк, но и его понять можно. Не знаю, кто этот Ноль, но он из приютских. Или из многодетной семьи.
– Почему? – в голосе Демыча, прервавшего свои рассуждения, слышалось удивленное недоверие, – данных для анализа…
– Я год отучалась кусать все, что купила, – невесело призналась Инга, – делала так, чтобы не съел кто-то другой.
Кажется, аналитик хотел с чем-то поспорить, но под взглядом Павла не стал. Заметил только:
