– Очнулась! – злобно констатировал дракончик. – Тут Камали панику развела, доктора человеческого принести из-за границы собиралась, но я сказал: «Отставить!» Я правильно поступил?
– Правильно, – поддакнула, чувствуя неимоверную слабость.
– Вот! – торжествующе воскликнул дракон. – Я тоже так считаю, что правильно! В смысле, если сдохнешь, то сдохнешь без всякой паники!
Любопытный подход к чужой, в смысле, моей жизни.
– Сссспасибо! – «искренне» поблагодарила я.
– Да не стоит благодарностей, – милостиво сообщил он, – натурой расплатишься, оно и полезнее, и ощутимее будет.
Мои глаза несколько округлились.
Дракончик же важно продолжил:
– Я Хатору заказ на сотни две пирожков сделал, вот с утра продавать и пойдешь. Кстати, пирожка хочешь? У меня штуки полторы осталось непроданных.
– Полторы? – Я уже ничему не удивлялась, так просто уточнила, отчего столь странное количество.
– Ага, я один надкусил, но он невкусный. Там, под столом, валяются. Точнее о месте положения сказать не могу, запихнул не глядя. Может, даже закатились куда, ну ты поищи там.
Я прямо себя как дома почувствовала. В смысле – как в университете.
– Ты правда искренне убежден, что я буду есть выброшенные тобой пирожки, подняв их с пола? – грустно спросила я.
– Ой, вот только не надо давить на совесть! – выкрикнул мелкий, затопав лапками по лестнице. – Я, между прочим, о ней забочусь! Я к ней лекаря не допустил! Камали выгнал! Пирожки ей отложил… целых полторы штуки! А она?
– Рассыпаюсь в благодарностях… но, пожалуй, откажусь от подобной чести.
Из люка выглянула умильная мордашка пренаглейшего дракоши, и тот, насупившись, спросил:
– Некому было тебя воспитывать, да?
По его мнению, я должна была устыдиться?!
– Я смотрю, у нас с тобой похожая ситуация, – ответила, сложив руки на груди.
И мы уставились друг на друга. Глаза в глаза. Морда в лицо.
Дракончик первый сдался, пожал плечами и спросил:
– Ты преклоняться передо мной будешь?
Удивленно моргнув, отрицательно покачала головой.
– Смотреть восторженно? – продолжил он допрос.
Нахмурившись, снова отрицательно головой покачала.
– Хм! – Во взгляде чешуйчатого появился интерес. Но он тут же сменился печалью и тоской, и дракошка добавил: – А помогать?
– Ладно, – сдалась я, – помогать буду, если нужно.
– Шикарно! – воспрянул он. – Вставай, пирожка пожри, и пошли, у нас много работы.
Осталась сидеть на постели, скептически глядя на нахала.
– Я забыл сказать «пожалуйста»? – уточнил он.
Молча встала, прошла к столу, наклонилась и увидела вовсе даже и не пирожок. Там на идеально чистом полу лежал браслет. Тусклый, из почерненного серебра, с орнаментом в виде распахнувшего крылья черного дракона.
– Нравится? – выглядывая у меня из-за плеча, поинтересовался дракончик.
Я потянулась, осторожно коснулась браслета – от моего прикосновения по нему побежали зеленоватые искорки, и я мгновенно отдернула руку.
– Бери-бери, – наставительно потребовал древний, – это, конечно, не пирожок, зато теперь от каждого слабюсенького заклинания в обмороки падать перестанешь.
Я снова прикоснулась к артефакту, взяла двумя пальцами, вытащила на свет, затаила дыхание, разглядывая, и едва не обронила, чувствуя, как энергия течет, наполняя меня. Наполняя силой!
– Что это? – прошептала восторженно.
– Артефакт-накопитель, – радостно возвестил дракончик. – Надевай!
Я все еще восторженно смотрела на очень древнюю вещицу… древний подарок от древнего.
– Спасибо! – искренне поблагодарила со слезами на глазах.
– Надевай! На-де-вай! На-дееее-вааай! – начал скандировать он, почему-то старательно делая вид, что не замечает моего полного благодарности взгляда. И добавил: – На левую руку.
Я взяла браслет, который легко расстегнулся, стоило нажать на выступающую пасть серебряного дракона, и защелкнула его на запястье левой руки…
Если бы я только знала, что произойдет дальше, я бы этого древнего пристукнула чем-нибудь!
Браслет зашипел, внезапно железной болезненной хваткой стиснул запястье, вспыхнул черным огнем, и это пламя, словно чернила, расползлось по моей руке татуировкой черного дракона!
Как я сдержалась и не завопила – даже не знаю. С артефактами мне ранее иначе как в теории встречаться не приходилось, с такими, которые давят, вспыхивают огнем и оставляют татуировки, – тем более. Но, несмотря на отсутствие информации и знаний, в душе поселилось неприятное ощущение чего-то непоправимого и свершившегося.
И это ощущение только усилилось, когда я посмотрела на дракошу и увидела, как тот, вытянув шею, восторженно смотрит на им же совершенное! А этот… этот древний, прицокнув языком, доверительно сообщил мне:
– Всегда было любопытненько посмотреть, как действуют брачные браслеты. Как тебе?
– Что?! – вопль ужаса вырвался с хрипом.
Дракончик посмотрел на меня, выражая недоумение по поводу моей реакции, и ответил вопросом на вопрос:
– Чего «что»?
Я, тяжело дыша, переспросила:
– К-к-какой браслет?!
– Брачный, – глядя на меня честными глазами, сообщил этот древний… древний… – Чего злишься?
