Я не злилась – я была в ярости. Но понимая, что тут разговаривать не с кем, принялась лихорадочно пытаться снять с себя это!
– Э, ты чего? – с интересом наблюдая за мной, поинтересовался дракончик. – Я его, между прочим, с трудом добыл для тебя, в сокровищницу Владыки знаешь как сложно пробраться было?
И вот тут мне стало окончательно нехорошо.
Закрыв глаза, тяжело дыша и пытаясь не скатиться в истерику, я шепотом уточнила:
– Ты украл артефакт из сокровищницы Владыки?!
А этот… этот… заложив лапки за спину, выставив ножку и выкатив пузико, гордо сообщил:
– Бери выше, малышка, – я спер браслет у самого Владыки!
Меня затрясло.
– Чего? – возмутился этот… этот… этот древний. – Знаешь, как сложно было? Но я сумел! Я пробрался! Я защиту обошел знаешь какую?! Это была вообще лучшая защита на моей памяти! Хотя знаешь, – он задумчиво почесал коготком подбородок, – пока ломал, у меня возникло странное ощущение, что Владыка эту защиту от себя поставил, да так, знаешь, качественно поставил… Ты не в курсе, что там у мужика за трагедь в прошлом-то? Если честно, кажись, он решил вообще никогда не жениться больше.
У меня не было слов.
У меня просто не было слов.
У меня была паника! Самая что ни на есть настоящая! Потому что браслет не снимался! Пасть кованого серебряного дракона, казалось, намертво вцепилась в отстегивающуюся часть механизма, и, как я ни пыталась, зубья было не разжать.
Вскочив, я ринулась к столу, схватила ножик и попыталась вклинить острие в застежку.
– Не… – начал было древний прохиндей.
Вспышка…
Ножик в моей руке оплавился наполовину, капли жидкого металла сползли на пол, только чудом не задев мою ногу…
– Не снимается он, – деловито сообщил остолбеневшей мне дракончик. – Это только Владыка снять может, – продолжил этот гад, – и то исключительно в храме, исключительно через год после помолвки.
Именно в этот момент я и поняла, что мне конец.
Очень медленно повернулась к дракоше и тихо спросила:
– За что?
Дракончик, округлив наглые глазки, доверительно прошептал:
– Просто так.
Я чуть не заревела в голос, а этот чешуйчатый, скалясь во весь клыкастый рот, весело так:
– Да расслабься, паникерша, как украл, так и сниму, я ж древний.
Естественно, я в то же мгновение рухнула на колени и протянула мелкому дракончику руку. Я искренне надеялась, что он сейчас все снимет. Я в это даже поверила. Я…
– Засиделся я что-то, – вдруг выдал древний. – Пора пойти в сокровищнице все пересчитать.
Хлопок.
И он исчез.
Я осталась, все так же с надеждой протягивая руку.
А в следующую секунду над Аркалоном вдруг раздался жуткий звук тревоги.
Небо гудело, вспарываемое телами стремительно проносящихся драконов. Ревела сирена где-то в стороне порта, по дорогам пробегали отряды, и в общем и целом столица Драконьей долины в эту ночь была лишена возможности спокойно спать.
Мое состояние описать было несложно – я, сжавшись, сидела все там же на полу и прислушивалась к творящемуся за стенами моей комнаты и гостиницы.
К четырем утра дверь в «Весеннюю капель» была с грохотом распахнута.
Через мгновение та же участь постигла и дверь в мою каморку, являя взбешенного, искрящегося от гнева Владыку. Даже не пытаясь как-то скрыть случившееся или оправдаться, молча подняла руку, позволяя рукаву опасть и продемонстрировать имеющийся на мне браслет и даже черную татуировку.
Несколько секунд Владыка испепелял меня полным ненависти взглядом, после глухо вопросил:
– Дррревний?
Молча кивнула.
Владыка тоже молча развернулся и вышел, громыхнув напоследок дверью так, что та наполовину слетела с петель и жалко перекосилась.
Я сжалась, боясь даже дышать.
Почти сразу над городом воцарилась тишина. Но в этом не было никакого спокойствия, и мне стало лишь тревожнее, когда послышался нарастающий возмущенный голос Камали. И слова ее звучали все громче, и я как-то сердцем почувствовала, что проблема во мне. Медленно поднялась, натянула рукав, скрывая браслет, осторожно открыла сломанную дверь, вышла в гостиничный холл.
И вовремя – разгневанную Камали безуспешно пытался удержать Хатор, но та старательно вырываясь, разъярённо выговаривала Владыке.
До меня донеслось:
– Ее репутация! Незамужняя девушка! Как на нее в городе посмотрят! Что драконы скажут?! И на каких правах вы собираетесь поселить ее там, где живут только мужчины?!
Ответа со стороны Владыки не последовало – в смысле, едва ли мрачный взгляд можно было счесть за ответ.
– Камали, иди к себе! – процедил Хатор.
– Да как же я пойду?! – возмутилась драконица. – Бедная девочка, сирота, за нее даже заступиться некому, а ты говоришь «иди к себе»! – И, развернувшись к Владыке: – Вы не имеете права!
Сказала и… сникла. Потому что он имел право. Он имел право даже убить меня, ведь я не дракон, я человек, отданный Университетом Магии на откуп, и если меня не вернут, никто не расстроится. И Камали, вспомнив об этом, растерянно посмотрела на меня. А я, жалко улыбнувшись, сказала:
– Я вещи соберу.
И ушла к себе.
