Вот так. Подправим эту кость маленьким толчком, огладим ее магической дымкой. Живница застывала и спаивала сама поврежденные участки. Добавить магии в сквозную дыру. Не думать, что могло привести к таким повреждениям, было сложно. Создавалось впечатление, что кости пробивали молотком. Но так ювелирно, что осколков почти не было. Перешла на мышцы и только потом на кожу. Здесь пришлось повозиться дольше всего. Их пришлось соединять буквально как ткани штопки. Порадовало наличие волшебного лекарства. Соединяя разорванный пазл, лишь слегка пропитывала тонкие линии магией. Живница словно прикипела к моей магии, повторяя узор за мной.
Подправляя ауру, почувствовала сторонний магический поток. Он, как глоток свежего воздуха, придавал силы. А у парня несомненный дар. Вдруг на последнем участке остановилась, услышав восторг юного доктора. Его мысли с радужных перескакивали на грустные. Использовать дар парня не обучали не просто так. Он был сыном герцога. Дар передался ему по наследству от матери. Что должно было случиться такого, чтобы герцог отправил своего сына на убой?
И радость от того, что стал свидетелем настоящего лечения. Ему нравилось наблюдать. Прирожденный доктор. Сказала ему.
- Доктору нельзя так открываться. Твои мысли транслируются на всю округу.
Он пристыжено опустил глаза, но уже через пару секунда вновь улыбался. Фанат нашего дела.
Могло это означать, что пришло время пробуждения божества? Принц в жертву, парень. У обоих была большая сила дара. Перевела взгляд на светлого лаверра, бредившего и получившего помощь от Кирка. Тот тоже приступил к лечению и начал с самого ценного объекта. Также в повозках заметила и нескольких опустошенных женщин. Стремление закрыть их вместе с мужчинами у алтаря в пещере могло иметь лишь одну цель. Отогнала мысли об этом, чтобы завершить лечение Рика. Злости сейчас не место.
Прости, друг, времени на восстановление у тебя не будет. Но ты и сам не простишь меня, если я не дам тебе пробудиться и поучаствовать в интересном действе. Он открывал медленно глаза, столкнувшись взглядом со мной, улыбнулся обворожительной улыбкой, выражая неподдельную радость.
- Эри, ты пришла!
Но уже через пару минут встал на ноги. Окинув окружающих пристальным взглядом, собственнически начал перебирать пузырьки в моей аптечке. Достал оттуда ампулу с восстанавливающим зельем. Его не порадовал масштаб предстоящей практики. Как я согласна с ним. Поэтому кивнула ему, подтверждая, что можно использовать. Здоровый доктор важнее. Рик осторожно выпил содержимое одним глотком. На его лице появился здоровый румянец, который не мог обмануть. Шепнула ему.
- Не переусердствуй. Лечим только тяжелые травмы, чтобы лаверры могли двигаться. Иначе нас на всех не хватит.
Мы разделились. Я отправилась к соседней повозке, оставив ребят на Рика. С него хватит и пятерых. В повозке, помимо ребят и принца, было еще два лаверра в таком же состоянии, что и наши. Когда они поймут, что Равы нет, будут рваться ее спасать, поэтому предупредила друга, что ее нет здесь. И в лагере пленных тоже не было.
Сканируя пациентов одного за одним, я поражалась разнообразию повреждений. Фантазию у темных не отнять. Ее бы да на благое дело. Как и говорила Рику, тоже старалась лечить лишь тяжелые повреждения. С поддержкой парня было намного легче. Создавалось впечатление, что я подпитываюсь от магического источника.
Сколько их было? Когда я перестала вглядываться в них, анализируя степень их возможностей? Кто справится в походе к границе, с какими ранами? Начала лечить лишь самых тяжелых больных, извиняясь перед теми, кто выглядел презентабельно. Рик присоединился ко мне на пятнадцатом пациенте. Втроем мы достигли края. Перед нами были последние пациенты.
Хотела уже отправить Рика проверить тех, которых я подлечила. Могла пропустить какое -нибудь сложное ранение. Намериваясь ему сказать об этом, отодвинула плачущую женщину. А там два маленьких комочка. И без скана было видно, что еле живых. Мальчик и девочка лет трех на последнем моменте жизни.
Я не спрашивала разрешения. Потянула магию из Рика и парня, отправляя сильный поток к малышам. Напитать их тельца до отказа, чтобы было, куда им возвращаться. Не думать о жестокости, о том, что не смогу, не справлюсь. Необходимо ювелирно вернуть их души. О такой стороне целительства душ нам на курсе еще не рассказывали. Зато я как -то раскрутила наставника, и мы целый вечер потратили на обсуждение методов возвращения душ в смертельных случаях.
Выпустила якорь с темным даром. Увидеть грань не каждый сможет, но мне это сейчас и не нужно. Только бы уловить два маленьких сияющих комочка, подцепить их якорем, читая древнее заклинание. Вот так, малыши. Они летали рядом, не уходя за грань. Поддались якорю легко, доверяя мне. Видимо, их удерживала любовь матери, или они настолько привыкли бороться за свою жизнь, держаться за нее, что воспользовались единственной возможностью вернуться.
