Шаг за шагом, осторожно пробиралась к сердцу. Само оно не было тронуто, но двадцать проколов в опасной близости от него заставляли концентрироваться и перенапрягаться. Будь на моем месте кто-то другой, не справился бы. А я уже пятый раз прогоняла внутренние резервы. Как бы не сложилась наша дальнейшая жизнь с Кирком, но озеро в горах волшебным образом вернуло мои силы. Не до конца, но и этого было достаточно, чтобы помочь пациенту.
Я почувствовала поддержку от сына, когда силы стали убывать. И это не была тьма, тонкий живительный свет наполнял меня. Кивнуло ему благодарно. Он мой, понял, что для меня важно спасти мужчину. Вдруг озарила догадка. Мужчина жив, потому что его пара жива. Как было бы хорошо, если бы она поддерживала его сейчас.
Расор мысленно послал мне сожаление.
«- Мама, она изменилась. Пока ею не займутся целители душ, нельзя подпускать».
Мне не оставалось ничего, как продолжить самой бороться за его жизнь. Направила потоки на ауру, тонкой нитью, оплетая порванные лохмотья. Здесь поможет только полная замена. Она изменит его, но спасет жизнь. Не верилось, что после такого возможно сохранение брачной связи, но я могла это видеть собственными глазами. Мужчина цеплялся за жизнь, не уходил за грань. Мне даже не пришлось его возвращать. Его душа нашла какой -то единственный источник, который удерживал в теле, и это давало надежду на то, что мои усилия не напрасны.
Обессилено опустилась на стул в углу.
- Можно определить в палату. Ирас, предупреди, что ему пока вливать эрику внутривенно. Не будить пару дней. Наблюдать за его состоянием, если что - сразу говорить мне.
- Хорошо.
Я не смотрела, как его уносят. Только заметила, что в палате появился другой демон. Расор вложил в мои руки стакан с напитком.
- Успел сбегать, когда?
- Мама, - вместо ответа услышала долгожданное сожаление, - я мог это прекратить. Почему мои родители не сказали, что темная энергия добывается таким страшным путем?
- Милый, ты должен сам был это узнать. Каждый ребенок на собственных ошибках учится. Рано узнает, что хорошо, что плохо. Иногда слова родителей ничего не значат, пока не столкнешься в реальности с болью, несправедливостью, чужими страданиями. Главное, что ты понял. И в будущем не допустишь такой жестокости.
Мне не дали отдыхать долго. В палату занесли девочку. Она спала мирным сном. Но он был обманчивым. Стазис не давал ей почувствовать боль от отсутствия части конечностей. По рассказу демона, она отказывалась принять мужчину. Ее воспитание не позволяло. Результатом стало жестокое наказание. Девочка не была темной, ее нарушенная аура излучала свет.
В таких случаях применяют искусственные ткани, наращивая их магией. Но сначала просканирую ее. Они все же достали ее. Разорванная плоть внизу подтверждала, что после пробуждения девушке тоже не избежать долгого восстановления у целителей душ. Принялась с новой силой за операцию. Сначала восстановить разорванные ткани, а затем нарастить части рук. Спрятала эмоции далеко в сознании. Иначе не удержусь, разревусь. Сколько ей? Не больше семнадцати?
Но магия жизни творит чудеса. Сначала я использовала метод вживления инородных тканей, но когда осознала, что она не сможет пошевелить долгое время руками, бросила эти попытки и выпустила дар. Пропустила через себя окружающие потоки, прихватила свет Расора, окутала всю ее изможденную фигурку, заключая в целебный кокон. Она должна проснуться здоровой, чтобы о произошедшем там ни что не напоминало.
Мое желание, образ пальчиков, подвижной кисти, затем подарить саму жизнь. На этом все. Я исчерпала себя. Девушка дышала спокойно, ее дыхание было здоровым. Посмотрела на удивленного демона. Ну да, так даже высшие доктора не могут. А на что во мне тогда столько даров? Они способны подпитать один. Сегодня это был дар жизни. Тихо прошептала Ирасу.
- Ты же не скажешь никому?
- Клянусь, это останется между нами. Как вы смогли? Вы богиня?
- Всего лишь имею несколько даров, которые гармонично соседствуют рядом.
Расор подошел ко мне, потянул за руку.
- Мама, на сегодня все. Придем лечить завтра.
В палату вбежал Кирк.
- Что случилось?
Упс, я нечаянно потянула и его энергию. Архи были бы рады такой представительнице.
Но лаверр не оценил. Замер сначала, вглядываясь в мое усталое лицо, затем подхватил меня на руки и вынес из палаты. Он не стал дожидаться ответа. Не спросил, как прошел мой день, почему я такая измученная. А принял решение сам.
Ему повезло, сил возражать произволу не было. Всего две спасенные жизни и столько усилий. Надеюсь не зря. Хотелось верить, что они будут жить, а иначе, зачем мои дары нужны?
Уже в комнате, уложив осторожно меня на кровать, присев рядом на корточки, высказал свое мнение.
- Я к тебе направил пациентов, надеясь, что адекватно оценишь свои силы, а ты что? Их ми доктора не спасли бы. Я видел, что можешь ты. Но и такой ценой не хочу. Мыться, кушать и отдыхать. Словно ребенок.
