Рас подлетел к нам. Его призрачные крылья со временем оперились, стали материальны, и он ничем теперь не отличается от лаверров и демонов.
- Мам, пап. У нас осталось два пробных захода, бегите по своим делам. Я вас прикрою.
Мы переглянулись с мужем и дружно рассмеялись, а затем понеслись, сцепив руки, по склону вниз. В какой -то момент мой лаверр подхватил меня на руки и взлетел. Зашептал страстно на ушко.
- Хорошего сына воспитали. Понимающего, - я рассмеялась ему в ответ, - и что ты смеешься? Так бы когда смогли остаться наедине? А кто -то после первого полета сыновей обещал заняться со мной продолжением рода.
Прикрыла рот ладошкой. Это я опрометчиво. Не успели эти подрасти, как с меня требуют еще одного. Но через пару минут мне было не до раздумий. Вир не утерпел и принес меня в охотничью хижину. С ходу навесил на нее защиту от звуков, от вторжения незваных гостей. Знаем - проходили. Быть застигнутыми врасплох на самом пикантном моменте не захочется никому.
- Вир, ты что?
Он замер, смотря на меня. Я была в его руках, они находились на моих бедрах, забравшись под юбку. Именно он был любителем такого простого наряда. Неизменно повторял, что я в нем совершенна. Простого кроя рубашка и длинная, почти до пят, юбка. Теперь я понимала, что он часто пользовался моей открытостью. В брюки так легко не пробраться. Озорник.
Заметила, что он остановился на самом интересном и продолжает смотреть в мои глаза. Непозволительно долго. Моргнула, не выдержав напряжения,и пропустила важный момент. Он прошептал мне в губы.
- Люблю тебя. Эри, ты - моя жизнь.
Прикоснулся губами к моим осторожно, попробовал на вкус, лизнул и проник с неудержимой страстью. Вновь замер, вырывая мой выдох, поймал его и притянул к себе. Я почувствовала его желание, подтверждающее, что и он завелся. Так почему же он медлит?
- Ах, - мой стон в ответ на его атаку.
Он взял меня резко, проникая глубоко. Вышел, заставляя потянуться за ним. Но вновь вернулся, атаковав одновременно с поцелуем. Мои руки цеплялись за него, тело отвечало на страсть. Он неумолимо напоминал, что я - его. Одним движением выбивал дух, ведя за собой, руководя моими ощущениями.
Я чувствовала, как мои пальцы впились в его плечи, как его мускулы играют в моих руках. Он удерживал меня на весу, иногда отпуская, заставляя летать. Мне так необходимо ощутить его в себе, его близость, что я готова была подчиниться и принять его правила игры. А он не торопился, продлял агонию.
Вдруг выпустил из рук, поставив на пол. Схватил мою ладошку и потянул за собой. Хотелось закричать - так нечестно, но опередил меня.
- Сейчас, маленькая, все будет.
Подхватил на руки и поставил на кровать. А затем медленно начал расстегивать пуговицы на моей рубашке. Оголил плечо, поцеловал, и я устремилась к нему навстречу. Он же оттолкнул легко и одним слитным движением снял юбку. Мои вещи отброшены. От нижнего белья избавил мгновенно. Этот его трюк проникать под трусики запомнится надолго.
Он оставил мое тело обнаженным, осмотрел, как самую дорогую собственность, и уронил на кровать. Почувствовав под собой тонкий шелк, поняла, что он приготовился заранее. И лукавил, и с сыном договорился. Подняла глаза, чтобы увидеть в них темное желание и неприкрытую любовь. Так ни один мужчина не смотрел на меня. Как я могла когда -то перепутать это чувство с другим?
Он раздевался сам, медленно. Демонстрировал красоту своего тела. Знал, что я не могу остаться равнодушной. Его идеальная фигура, узкие бедра и широкие плечи, грациозные, словно у хищника, движения заставили сглотнуть слюну.
А он дождался моего отклика и мгновенно завершил раздевания. Проследила за улетающими в сторону штанами и пропустила момент, когда оказалась в его плену. Он навис надо мной, удерживая свое тело на вытянутых руках, заключив в кольцо, обозначив свое присутствие. Те тридцать сантиметров, разделяющие нас, не могли скрыть жар его тела. Каждой клеточкой своего тела я чувствовала его.
Поймал мой взгляд. Так и продолжая смотреть, не выпуская его от себя, опустился к моей груди. Поцеловал, повел языком, смотря на меня, отслеживая мою реакцию. И только когда я заерзала, обхватила его шею руками, пытаясь притянуть к себе, сам упал ко мне в руки. Он взял меня резко, выбивая стон или крик. Его действия потеряли медлительность, он ускорился, раз за разом вызывая стон за стоном.
Его руки везде, крупные ладони успевали пройтись по ягодицам и возвращались к груди. Я отвечала ему тем же. Мои руки тоже жили своей жизнью. Мне нравилась реакция, когда
я задевала чувствительные места, а он замирал на долю секунды, чтобы тут же наказать, атаковать с новой силой. Наши тела были едины. Я давно не думала, а жила от его прикосновения к прикосновению. От ласки к ласке, теряясь в нем.
Он не остановился, когда я закричала, оповещая, что готова улететь с ним. Перевернул мое тело, словно пушинку, и взял с неистовством, продолжая свой танец. Сколько раз я была близка к освобождению? Сколько раз он останавливался, чтобы продолжить страстный узор?
