— Нет. — Я откусила от своего пирожного, налила слишком много сливок в кофе и сделала большой глоток. — Я притворилась одной из вас.
— Повтори это еще раз?
— Я позволила Барретту думать, что я бывший Железный пес.
Он расхохотался.
— Почему бы тебе не посмеяться над этим?
— Почему? — наконец Хью справился.
— Он натравил на меня вампира на полной скорости, и я забыла отшатнуться.
— Ах, вот он что. И почему ты покинула мое звездное руководство?
— Очевидно, у меня проблемы с авторитетом.
— Подходит. Я внесу тебя в список. Леннарт или Дэниелс? Или придумать что-нибудь?
— Придумай что-нибудь, пожалуйста.
Я откусила еще кусочек.
Из голоса Хью исчезла весёлость.
— Барретт опасен, когда улыбается и когда не улыбается.
— Ха-ха.
— Я серьезно. Держись подальше, если можешь.
— Насколько он хорош? — Я откусила еще кусочек.
— Лучше, чем несколько легатов, которых я знал.
Во времена правления моего отца Златой легион состоял из лучших повелителей мёртвых, самых талантливых и смертоносных, а возглавлявший его легат был самым сильным из них. Мой отец поощрял жёсткую конкуренцию и ставил во главу угла силу и талант. Должность легата часто переходила от одного к другому, и никто ещё не уходил с неё.
— Твой приятель Гастек, — сказал Хью, — сильный, но слишком умный для своего же блага. Он слишком много думает, и это делает его предсказуемым. Барретт тоже мыслитель, но никто не знает, что у него на уме. Он не заключает союзы. Он не реагирует на угрозы. Его очень трудно спровоцировать намеренно, но иногда он реагирует с невероятной жестокостью на мелкие пакости. Если он узнает, кто ты, это может быть «ты убила моего хозяина, готовься умереть» или «король пал, да здравствует королева». Я понятия не имею, что он выберет, и я бы ни цента не поставил в любом случае.
Я вздохнула и отпила кофе.
— Что он сказал об этом? — спросил Хью.
— Ничего. Я его не спрашивала. Я стараюсь не втягивать его в свои дела.
— Это к лучшему.
— Знает ли твоя жена о каких-либо водяных богах, действующих в окрестностях Уилмингтона?
— Почему каждый раз, когда где-то появляется какое-нибудь странное божество, ты всегда спрашиваешь мою жену?
— Ты действительно хочешь, чтобы я ответила на этот вопрос?
— … Хорошее замечание. Подожди, я спрошу.
Я отодвинула телефон от уха.
— ДОРОГАЯ? ТЫ ЗНАЕШЬ О КАКИХ-ЛИБО ВОДЯНЫХ БОГАХ В УИЛМИГТОНЕ?
Как Элара с ним мирится, я никогда не узнаю. С другой стороны, я вышла замуж за человека, который иногда превращается во льва во сне, так что мне не с чем сравнивать. Я доела десерт.
— Она говорит, что не знает ничего о таких проявлениях. Учитывая, что Уилмингтон — международный порт, трудно сказать.
— Пожалуйста, скажи ей спасибо.
— В Уилмингтоне много ирландцев, — сказал Хью.
— Ага. Я думала об этом.
— Это может быть бог, а может быть что-то другое, но в любом случае это, скорее всего, опасно. Берегись.
— Спасибо за ободряющую речь.
— Что бы ты ни сделала, главное не скармливай это Кэррану.
— Ха-ха.
— Позвони мне, если тебе понадобится помощь. Видит Бог, она тебе не помешает.
— Если бы я позвала тебя, что бы ты сделал? Ты в своём замке размяк от жизни сельского лорда, где жена печёт тебе и твоей ораве детей вкусные десерты.
— И славно. Я напомню тебе об этом в следующий раз, когда ты позвонишь. И, кстати, ты можешь звонить, даже если тебе ничего не нужно. И можешь приехать в гости.
— Я знаю. Береги себя.
— Ты тоже.
Мы действительно приезжали, восемь месяцев назад. Именно поэтому Полу пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить Кэррана в том, что вокруг нашей новой резиденции никак нельзя выкопать ров. Он всё равно хотел его и поклялся, что каким-нибудь образом найдёт способ.
Я допила последний глоток восхитительного кофе и пошла своей дорогой.
Как только мы выехали с парковки «Фуд Лайон», Обнимашка прибавила шагу, цокая копытами по разбитому шоссе, словно ей нужно было куда-то попасть. Лошадей можно было убедить идти быстрее или медленнее, но ослы сами принимали решения, поэтому я возблагодарила богов-ослов и наслаждалась поездкой.
В конце концов, мы оставили город позади и въехали в лесистую местность, отделявшую Уилмингтон от небольшого городка Портерс-Нек. До Сдвига они были частью одного мегаполиса, но из-за опасностей, вызванных магическими волнами, города сократились до своих нынешних границ. Здесь вдоль дороги тянулся лес: берёзы, клёны, магнолии, выросшие до невероятных размеров. Борьба с лесом была постоянной, и люди не всегда побеждали.
Луна освещала мой путь, её свет лился с небес. Дорога впереди почти светилась. Из мрака между деревьями за мной следили чьи-то глаза, сияющие всеми цветами радуги. Иногда вместо пары глаз был один гигантский глаз, иногда три, расположенные треугольником. Однажды их было восемь, высоко на дереве, и они светились жутким пурпурным светом. Если бы гигантский паук решил прыгнуть мне на голову, мне бы пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить Обнимашку продолжать идти в правильном направлении.
