– Придется записать перечень рекомендованных к прочтению сочинений.
К концу занятия рука уcтала пополнять этот самый перечень с непроизносимыми названиями и в самописном пере начали заканчиваться чернила. Пожалуй, если весь список употребить внутрь (не съесть, конечно, а изучить), то у нормального человека, не страдающего никакими душевными болезнями, случится завoрот мозгов.
– Друзья мои, подискутируем на тему, какие законы общества, помимо «не убей» и «не укради», стоило бы приравнять к постулатам, - предложил Хилдис и сложил руки на груди, ожидая оживленных обсуждений.
Народ замялся. В аудитории повисло выжидательное молчание: кому не повезет первому шевельнуться и привлечь внимание магистра? На мой взгляд, требовать от адептов здравых рассуждений, когда одна половина группы левым глазом спала, а другая половина – правой ногой стояла в столовой в очереди за стаканчиком бодрящего напитка, отдаленного напоминающего кофе, являлось верхом издевательства.
Был бы Ботаник с нами, пришел бы от задания в восторг. Подозреваю, что он давно написал собственный философский трактат, просто до поры до времени стеснялся явить сочинение миру. Но Флемм бросил учебу, оставил команду обездоленной, а академию без умопомрачительных теорий о мироустройстве.
– Не заводи отношений с врагом ближнего своего, - в тишине проговорил Илай.
– Я придумала ещё один постулат, – выпалила на одном дыхании. - Доверяй ближнему своему!
– Умные люди говорят: доверяй, но проверяй, – парировал Форстад.
– А ещё умные люди искренне сочувствуют моральным калекам с проблемой доверия, - огрызнулась я.
– Моральным калекам? – вкрадчиво проговорил он и очень чувствительно ткнул кончиком самописного пера мне между лопаток.
Подпрыгнув от неoжиданности, я резко обернулась и встретилась с тем самым особенным взглядом, которым Илай замораживал на лету ворон и бумажные птички-записки. т всей его фигуры исходил ледяной холод. Странно, что стол и блондинка, по какой-тo мне совершенно не понятной причине прыснувшая в кулачок, не покрылись инеем.
– Кое-кто склонен верить тому, что увидел собственными глазами, - угрожающе высказался он. – И не раз.
– Кое-кому не мешает купить волшебные очки, потому что у него не только проблемы с доверием, но еще со зрением и восприятием окружающего мира! – pазозлилась я, а блондинка захихикала. - Что смешного мы сказали?
– А? - встрепенулась она, кажется, дoгадываясь, что Ведьма Эден мысленно приготовила лопату и приготовилась прорубить могилу в промерзшей землей.
– Молодые люди, я рад, что вы приняли близко к сердцу мое предложение подискутировать, но акое отношение к постулатам имеет затронутая вами тема? - вставил несколько озадаченный Хилдис в возникшей острой паузе.
– К слову пришлось, - разрывая зрительный контакт, ответил за нас обоих Илай.
Я отвернулась, чувствуя себя ни больше ни меньше рейнсверской мандрагорой, готовой покусать любого, кто случайно или специально вторгнется в мое личное пространство.
– Господа адепты, не бойтесь высказываться! – попытался приободрить аудиторию илдис, но песочные часы, отсчитывающие время занятия, рассыпались золотистыми искрами и прозвенел переливчатый колокольчик. Лекция закончилась. Уверена,теперь все сломают головы, по какой причине Ведьма погрызлась с главным красавчиком нашего потока.
– Друзья мои! – остановил Хилдис поспешные сборы. – В конце учебной декады жду от вас эссе на тему новых постулатов.
Народ зашелся недовольным гудением: учиться толком не начали, а уже письменные задания получаем.
– Удачи в новом полугодии! – пожелал магистр напоследок.
– Эден! – рявкнул мне в спину Форстад. Доругаться, что ли, желал?
– Свали за грань! – Я выскочила из проклятущего кабинета, где мы когда-то с упоением целовались. Впрочем, еще задорно грызлись, выясняли отношения и даже расстались. Дурное, в общем, место. «Превосходно» за экзамен здесь точно не получишь. Надо бы достать храмовой водички и попрыскать углы.
Через пять минут я cтояла в холле под доской объявлений, ежилась от сквозняка, налетающего каждый раз, когда открывались тяжелые высокие двери на улицу и изучала новый список нашей команды. Могу c уверенностью заявить, что торгаш Хилди полностью прав: удача нам не помешает!
Почтовый голубь оказался в нашей компании победителей! Видимо, меня настигло птичье проклятие. Я поморгала , надеясь, что имя само собой изменится. Не помогло. Со зрением у меня всегда был полный порядок, в отличие от Матильды, без очков не видящей дальше собственного носа. Впрочем, носа тоже не видящей.
