Но тут же Северус вздрогнул, встретившись взглядом с Лили. Она стояла рядом с Блэком, они даже держались за руки. Вполне невинно, но от этого еще более раздражающе. Она изменилась за неделю отсутствия. Стала еще красивее. Кожа словно светилась, и огненные локоны мягко обрамляли лицо. Форма на ней тоже была новая. Раньше она носила самую обычную, какую шьют в ателье мадам Малкин, а эта была совсем другой. Вещи буквально кричали о своей высокой стоимости.
Она смотрела на него со смесью грусти и решимости. Северус понимал, что их прежние отношения не вернуть. И понимал, что тот день на пятом курсе лишь расставил все по местам. На самом деле, они уже давно не ладили. А теперь Северус окончательно перестал ее понимать. Вышла замуж за Блэка. Неужели из-за денег? Северус не мог поверить, что его замечательная Лили, чистейший человек на земле, могла выйти замуж по расчету. Полюбила? Но Блэк — тоже животное.
Сириус притянул Лили к себе, что-то шепнул на ухо — у Северуса словно сердце кто-то в кулаке сжал — Лили посмотрела на теперь уже мужа с возмущением. Возникла радостная мысль, что у них все совершенно не гладко, что они друг друга только терпят. Быть может, ее заставили за него выйти? Может Блэки ей угрожали? Сириус что-то тихо говорил ей, пока его друг у всех на виду тискал Катрин, а Лили так знакомо поджимала губы… потом кивнула и они вместе вошли в Большой зал. Северус тоже пошел следом. В мыслях он уже представлял, как находит способ спасти Лили от этого невоспитанного дегенерата Блэка.
Лили долго не могла заснуть, несмотря на усталость. Как, оказывается, быстро привыкаешь к некоторым вещам. Она куталась в одеяло, но все равно замерзала — ей не хватало Сириуса, который каждую ночь крепко прижимает ее к себе. В итоге она не выспалась больше обычного и встала раньше всех в комнате. Долго плескала на лицо холодной водой, но тени под глазами не желали исчезать. Лили выставила на небольшой туалетный столик чемоданчик, достала из него дорогие крема и зелья, и начала методично приводить себя в порядок.
Простые действия словно помогли прийти в себя. Лили вспомнила Маленького Принца — любимую книжку ее папы: «Есть такое твердое правило. Встал поутру, умылся, привел себя в порядок — и сразу же приведи в порядок свою планету». Лили могла цитировать эту книгу по памяти исключительно потому что их папа ее часто цитировал и, кажется, знал наизусть. Лили вспомнила, что Планета — это аллюзия на внутренний мир. То есть «привел в порядок планету» — это привел в порядок свои мысли. Сегодня Лили впервые заметила, что процесс ухода за собой помог ей навести порядок и в мыслях тоже.
— Хорошо выглядишь! — похвалила ее Шарлотта, вставая с кровати. — И форма новая. У тебя теперь есть своя модистка?
Лили смутилась:
— Белс познакомила. Я… пойду.
Она вскочила со стула, подхватила с пола сумку и выбежала из комнаты. За спиной услышала недовольный голос Мэри:
— Миссис Блэк стала всего неделю назад, а гонору уже…
Лили прислонилась спиной к стене возле комнаты. В коридоре довольно темно, а у нее на глазах навернулись слезы.
— Я бы не стала говорить подобное о девушке, которую Белла Блэк назвала своей лучшей подругой, — услышала Лили голос Мелисы Кендрик. — И, честно говоря, твоя желчь меня порядком раздражает. Знаешь, мне сложно понять, как можно было дружить, а потом говорить про подругу, пусть и бывшую, гадости.
Лили дернулась, когда услышала приближающиеся шаги, но уйти не успела. Мелиса Кендрик уже вышла из комнаты. Вроде встала позже, а уже успела одеться и привести волосы в порядок, собрав их в пучок на затылке — универсальная прическа чистокровных ведьм.
— Пойдем, — кивнула Кендрик в сторону выхода.
Лили покорно пошла за ней. В общей гостиной пока никого не было. Все же гриффиндорцы, в своем большинстве — убежденные совы, иногда не только на завтрак не приходят, но и первые уроки могут проспать. Мелиса села в кресло у окна, Лили заняла соседнее.
— Тебе, наверное, будет интересно, что Джеймс недолго переживал твое замужество. Буквально сразу же начал тискать Катрин Томпсон на глазах у всей школы, — светским тоном сказала Мелиса. — Эта дуреха почему-то считает себя уже как минимум миссис Поттер…
Лили с недоверием посмотрела на Мелису. Они и раньше вполне неплохо общались, но никогда — близко. Мелиса неразговорчива, всегда собрана и аккуратна. Лили, откровенно говоря, побаивалась ее. Она походила на слизеринок, которые умели облить фунтом презрения одним только взглядом. Поэтому сейчас Лили молчала, не понимая внезапной доброжелательности Мелисы.
— И не обращай внимания на Мэри. Она вообще странная. Пока ты ей была нужна, чтобы быть поближе к Снейпу, она тебя поддерживала, а потом сразу стала самым ненавистным человеком.
Лили, нахмурившись, уточнила:
— А теперь, получается, я нужна тебе?
Мелиса пожала плечами:
