В комнате повисла напряженная тишина. Ровно в тот момент, когда я отступила на шаг, парень с лицом лысой Лори размахнулся и отвесил мне оглушительную пощечину. Меня, как котенка, отшвырнуло к видению, даже пискнуть не успела. Перевернутый экран с грохотом завалился набок. Выроненный стакан разлетелся на осколки, прыснув водой под ноги негодяя, обернувшегося эльфийкой. Я прикрыла руками голову, не веря, что осталась жива. Естествен-ное желание спрятаться заставило свернуться комочком и подтянуть к острому подбородку колени.
Девичьи руки, заключавшие в себе мужскую силу, схватили меня за грудки, отчего за-трещал ворот футболки, и приподняли над полом. От напряжения мои уши свернулись в тру-бочки, причем в прямом смысле этого слова.
− Я думал сломать тебе нос, пугало, − прошипела Лори певучим голосом, приблизив-шись к моему лицу, − но вспомнил, что ты девка. Не хотелось тебя уродовать…
От мужчины в ангельском обличии исходила ярость, серые глаза сузились. Я судорожно хваталась за его запястья, стараясь облегчить резь в шее от кромки футболки, впивавшейся под выпирающий кадык.
− А теперь рассказывай, кто ты? − прошипел противник.
Чтобы ни звука не вылетело изо рта, зубы до боли закусили язык. Вместо слов я подоб-ралась и со всей силы ударила подлеца коленкой в живот. Он глухо выдохнул, отпуская меня, и согнулся пополам. Неожиданно что-то звякнуло, и на полу завертелось обручальное колечко, незаметно соскользнувшее с пальца лже-эльфийки. Ровно секунду мы с соперником разгляды-вали тонкий медный ободок, а потом оборотная магия, заключенная в кольце, ринулась вон из тела мужчины.
Словно подкошенный он рухнул на колени, сворачиваясь узлом. Он стонал через сжатые зубы, уткнувшись лбом в пол. Тонкий халатик трещал по швам, плечи становились шире, и на руках проявлялись рельефные мускулы, выпирая из-под шелковой ткани. О боли, какую доставляли частые резкие сокращения мышц, я могла лишь догадываться.
Не позволяя себе насладиться зрелищем поверженного врага, я бросилась к входной двери, но только напрасно провернула ручку. Замок оказался заперт. Чтобы не терять времени я ринулась в соседнюю комнату, оказавшуюся большой опрятной кухней. Посреди на вычи-щенном очаге стояла огромная кастрюля с остывшим варевом. На столе сохли перевернутые хрустальные бокалы, расставленные на полотенце. На окнах темнели закрытые изнутри ставенки, и в воздухе застыл, словно его приколотили, световой шар.
Я бросилась к закрытой двери в противоположном конце кухни, надеясь найти черный вход, но оказалась в кладовой. Здесь, под полками, уставленными банками с зимними заготов-ками, страстно мычала связанная кухарка-тролль с кляпом во рту. Неприятный сюрприз заста-вил отшатнуться, непроизвольно всплеснув руками:
− Матерь божья!!!
Женщина при моем появлении утроила потуги, почувствовав скорое освобождение. Об-лизнув губы, я воровато оглянулась, проверяя преследователя, а потом пообещала невиновной жертве:
− Я помогу.
− Не трогай меня, уродец!!! — стоило вытащить кляп, как женщина завопила натураль-ной сиреной, становясь темно-зеленого цвета. Даже страшно стало за ее сердце.
− Ясно, − пробормотала я, копируя непередаваемый тон Ветрова, каким он говорил, ко-гда ему что-то приходилось не по вкусу, и сунула тряпку обратно, затолкав ее двумя пальцами. Кухарка от изумления даже опешила и только глазами хлопнула. − Проорала ты свое счастье, дура, − с предельной откровенностью без капли сочувствия добавила я, покачав головой.
− Руки подними, − раздался голос Лори, и у меня на затылке зашевелились волосы. В первый момент сидевшая над перевязанной веревками кухаркой я сгорбилась. − Если ты не встанешь, то я выстрелю.
Противник находился под действием сыворотки правды, а, значит, сомневаться в его словах не приходилось. Очень медленно я выпрямила спину и, задрав руки над головой, подня-лась. Рукав рубахи лениво сползал, открывая витки браслета, вросшие в кожу.
Нас обоих и меня, и противника перекосило от очередной открывшейся правды. Широко расставивший ноги Богдан, наряженный в расползшийся короткий халат, свирепо вытягивал самострел и выглядел, признаться, нелепо. Впившись взором в браслет, брат медленно опускал оружие, и родное скуластое лицо превращалось в ледяную маску.
− Я думала, что ты сейчас выстрелишь, − хмыкнула я, уронив руки.
− Когда он это с тобой сделал? − процедил тот, и его скорчило от отвращения. − Веда, когда Ветров тебя втянул в эту дурную историю?!
− Он меня не втягивал, − просто отозвалась я и уточнила безразлично: − Ты меня убь-ешь?
− Ты рехнулась! − он ринулся ко мне, но я проворно отскочила, через мгновение нас с братом разделял очаг. − Не смей молчать! − прошипел Богдан, прекрасно осознавая, что прямо сейчас сможет вытянуть из меня все подробности дел команды Ветрова.
− Говори! − злился он, гоняясь за мной. Я тяжело дышала, лихорадочно пытаясь про-браться к выходу. Признаться, пухлый животик гоблина явно отяжелял меня, отнимая легкость и ловкость. − Я запретил ему приближаться к тебе даже на пушечный выстрел! Как он посмел тебя притащить сюда?!
