Воздух в легких закончился, и страстный монолог, призванный доказать мою абсолют-ную невиновность, окончательно иссяк. Последовавшая пауза длилась неприлично долго. Окончательно растерявшись от гробового молчания собеседника, я только и сумела выдавить, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы:
− В общем, так.
Ратмир прочистил горло и неожиданно устало спросил:
− Веда, ты от меня-то сейчас чего хочешь? Заверений, что ничего случится, и ты не пой-дешь и не убьешь эту женщину, знакома ты с ней или нет?
Проклятье! Да, именно этого мне хотелось услышать! Прямо сейчас, незамедлительно! Я жалобно прикусила губу и передернула плечами.
− Я не могу тебе этого обещать, − просто ответил Ратмир, заставляя сжаться в комок и опустить голову, чтобы он не смог различить накипающих на глаза слез.
Я лишь судорожно кивнула в ответ на его слова и неожиданно громко шмыгнула носом, что сама испугалась.
− Господи, Птаха, иди сюда, − мягко произнес он через утомленный вздох, и прижал меня к горячей груди. От него пахло тонко, приятно, и объятия дарили спокойствие и чувство защищенности, почти позабытое за последние дни.
− Мы вместе постараемся не допустить, чтобы заметка стала правдой. Идет? − предло-жил он. − Это я могу тебе обещать.
Я отстранилась, чтобы не вызвать подозрения. От одного его присутствия в соседней комнате меня бросало в дрожь, а уж от близости начинало нервно трясти. Мужчина спокойно отошел, не собираясь удерживать, и небрежно сунул руки в карманы.
− Давай договоримся, − предложил он по-дружески, − попытайся для разнообразия меня слушаться.
− Эй, ну вы идете? − выкрикнул Стриж, выглядывая из раскрытого окна гостиной. Вет-ров старший оглянулся к брату и только кивнул.
− Пойдем, − пробормотала я, продвигаясь к крылечку.
− Веда, и еще, − остановил меня Ратмир, заставив поспешно обернуться, − извини.
Наверное, если он прямо сейчас бросился в бешеный пляс, я бы изумилась меньше, а по-тому едва не рухнула в траву, к особой радости засевшего в траве дога, только и ждавшего мое-го внимания.
− За скандал из-за крови. Я был не прав, вы молодцы со Стрижом. Просто в следующий раз предупредите меня о своих решениях, − ответил мужчина на мой потрясенно вопроситель-ный взор.
Удивление росло, как лесной пожар, в короткие минуты превращавшийся в стихийное бедствие. Похоже, Ветров старший действительно решил заключить перемирие! Идти на ком-промиссы и быть щедрой я умела, а потому хмыкнула:
− Да это и скандалом-то не назовешь. Ты даже голоса не повысил. Хотя, знаешь, − я дружески похлопала его плечу, и обалдела от собственной бесцеремонности ничуть не меньше Ратмира, − лучше бы ты орал!
Тот только усмехнулся, а потом добавил нечто, заставившее меня вспыхнуть фитиль-ком:
− И еще извини за игру, похоже, я неверно тебя понял.
О, нет!
Мы оба ощущали себя не в своей тарелке, прекрасно осознавая, что вчера он понял меня исключительно верно.
− Я все время забываю, что ты не такая, как мы, − он примолк, заставляя неуютно по-ежиться.
− Обыкновенная? − услужливо подсказала я, не скрывая иронии.
Губы Ратмира дрогнули и растянулись в медленную незнакомую улыбку, а в обращен-ном на меня взоре проявилось лукавство. Кажется, теперь мне стало с достоверностью извест-но, как змей искуситель смотрит на невинную монашку, и у той подгибаются колени от смут-ного непристойного обещания в бездонных глазах.
− Просто другая, − поправил он снисходительно.
− И это сбивает с толку? − уточнила я, стараясь скрыть, как сильно он польстил мне.
− Не то слово…
− Вы чего тут флиртуете, пока мы вас ждем? − к моей огромной досаде, обрывая брата на полуслове, на пороге дома появился Стриж и с самым укоряющим видом упер руки в бока.
− Пойдем, − кивнув в сторону крыльца, сдержанно произнес Ратмир. Он как будто от-вернулся на мгновение и нацепил маску, оборотившись из обольстительного незнакомца в упертую бесстрастную жестянку.
Обстановка в гостиной, утомленной ожиданием, накалилась. Мне так и казалось, что на идеально расчесанной макушке Свечки бегают крошечные голубоватые разряды, эдак сильно она рассердилась задержкой. Сидя на диване, женщина закинула ногу на ногу и старательно разглядывала круглые отполированные ноготки, тщательно скрывая раздражение, но все равно, не удержавшись, уничижительно прошипела:
− Ветров, а мы и не чаяли!
− Не нервничай, Свеча, − отмахнулся тот, цыкнув.
Док уже успел разложить на газетном столике пузыречки и теперь протирал поддельный браслет мягкой тряпочкой, пропитанной составом с едким запахом. Если бы не открытое окно, через которое вылезла занавеска, стремясь сорваться из петелек вслед жизнерадостному ветру, то у меня из глаз полились бы слезы, но в носу все равно засвербело.
− У меня все готово! − отложив натертый до блеска браслет, Док с полубезумным видом хихикнул и в предвкушении потер ладони.
− И кого мы ждем? − рявкнула Свечка, цыкнув, и бросила на меня презрительный взор: − У нас даже массовка подтянулась.
