Спустя неделю с лишним — в начале семестра у заведующего кафедры и и.о. декана был традиционный завал — оригинальную методичку с заданиями вступительных всё-таки отыскали. Ровно для того, чтобы обнаружить, что она расходится с теми экземплярами, которые вроде как отпечатывали с неё. Почему и кто в этом виноват, предстояло выяснить. Ситуацию осложняло то, что копированием занимались традиционно лаборанты, многие из которых давно разъехались. Конечно, для менталки расстояние не такая уж проблема, но сначала ведь нужно было выяснить, где тот или иной выпускник сейчас находится. В общем расследование затягивалось.
Следствие относительно подтасовок во время отбора в команды Кубков, вопреки ожиданиям, менталистов, в том числе и магистра Лейеля, благополучно миновало. Подчиненные ир Льера не обнаружили в воспоминаниях команды или отвечавших за отбор ничего указывающего на их факультет, так что все вздохнули спокойно. Реального виновника пока либо не обнаружили, либо обнаружили, но обнародовать результаты не стали. Может, даже замяли. Если менталисты были не при чем, в деле явно был замешан кто-то высокопоставленный. Наверняка кого-то своего пропихивал. Или взятку дали. А может, шантажировали другими нелицеприятными делишками. Подобное объяснение вполне укладывалось и в его случае, вот только кто мог осмелиться шантажировать Лейеля? Он, пусть и тоже прикладной менталист, был очень даже не плох и в боевой. Вроде бы даже защищал по ней диплом, но потом переключился на более спокойную прикладную. А с боевыми менталистами шутки были плохи — помимо специализированных заклятий, они и менталкой пользовались виртуозно. Могли стать частично материальными, могли обойти определенные типы магических защит, могли подчинить человека и инсценировать его самоубийство так, что никто и не подкопается. На подобном в свое время был замечен мятежный леонский архимаг Ролеано, как-то обошедший даваемую всеми менталистами по достижении определенного мастерства клятву. После этого, кстати, её и доработали. Как именно знали разве что особо доверенные теоретики, но факт оставался фактом — убийств с использованием ментальной магии больше практически не фиксировали, хотя теперь обязательно проверяли не только подозрительные, а вообще все смерти. Даже самоубийства.
В воскресенье сразу после очередного матча по некрохоккею (на сей раз играли фундаменталисты со спиритистами) менталистка, накануне твердо решившая, что откладывать дальше некуда, направилась в библиотеку. Тем более нужно было ещё подобрать информацию для доклада по маг. взаимодействиям. Мама уехала накануне вечером, так что из-за пар у Иль даже проводить её не вышло. Впрочем, ещё раз увидеться до отъезда они успели, правда, на практиках из-за этого пришлось сидеть тише воды ниже травы, надеясь, что никто из преподавателей не поймает на том, что нормально подготовиться она в этот раз не успела. Зато ей выдали несколько бутылочек со свежим восстанавливающим зельем и ещё парой составов на всякий случай.
В читальном зале несмотря на недавно закончившийся матч народу уже хватало. Но места тут было с избытком, так что Иль заняла стол поближе к окну и направилась к каталогу. Предстояло выписать шифры книг по списку ир Миотте…
По ходу дела выяснилось, что странные пункты, начинающиеся с фамилий, представляют собой статьи в журналах и тезисы докладов из материалов конференций. Прежде чем узнать это, Ильда дважды перепроверила алфавитный каталог, а потом ещё заглянула в авторский. На её счастье мимо проходила одна из сотрудниц библиотеки. К ней девушка и обратилась со своей проблемой.
— Так вы в каталоге книг смотрите, — всплеснула руками пожилая женщина. — А надо в каталоге периодических изданий — это вон там, подальше. Вот эти названия после черты смотрите и все.
Новыми глазами взглянув на список, Иль поспешила к указанным ящичкам. Здесь и журналы, и сборники конференций нашлись быстро. Вот только шифры для всей подшивки и у «Вестника МАН», и у «Нечистоведения», и у «Вопросов Некромантии» были одинаковые на все номера… Оставалось надеяться, что на выдаче можно заказать отдельные года, потому что то же «Нечистоведение» уже знакомое Иль по подготовке к Кубку (его тогда заказывал ей Ник, пока она сидела с авторефератом ир Миотте), выходило четыре раза в год и, кроме последних номеров, сшивалось по два номера для удобства хранения.
— Выпишите отдельно шифр журнала, название и нужные года, — попросила библиотекарь, заметив, что в списке девушки названия журналов идут вперемешку. — Я пока принесу остальное.
Даже без журналов стопа получилась весьма внушительной. Взяв верхнюю книгу, оказавшуюся озаглавленной: «Быт и нравы разумной нечисти». Не очень понимая, как это относится к её теме, Иль открыла содержание. Изучив, отложила книгу, взяла следующую — толстенные «Повадки нечисти». Во время изучения содержания «Веары как народность» вернулась библиотекарь.
Закончив с формальностями, Иль, прижимая переплетенные журналы к груди и левитируя остальную стопу, направилась к выбранному столу.
