— Спасибо. Мне и одного вполне хватит, — вдаваться в подробности, где и у кого именно Горыныч позаимствовал барана, мне совершенно не хотелось. Да и какая собственно разница. Достав из седельной сумки нож, я отвел барана в сторонку. И задушив в душе гринписовские замашки, попытался его повалить. С первой попытки это не удалось. Пришлось отложить ножик в сторонку и, дернув за две ноги привести барана в надлежащее положение. Животина сопротивлялась и пыталась встать. Пришлось, чуть ли не усесться на нее верхом, ногой подгрести оказавшееся чуть в сторонке орудие убийства. И вновь подавив в себе непонятные трепетные чувства к четвероногому, одним движением перерезать горло будущему ужину. Слегка придержав задергавшееся истекающее кровью животное. Агония продолжалась не долго. Под внимательным взглядом Горыныча я вспорол жертве брюхо. Место приготовления частично стало походить на сцену из фильма ужасов. Задумчиво оглядев полученный результат, я вовремя остановил себя — «и нафига я собственно изгаляюсь, когда мне достаточно одной задней ноги, шкура мне не нужна, так чего ее беречь». Процесс был закончен решительным отделением задних ног, с последующим снятием с них шкуры. Горыныч по моей просьбе уничтожил останки животного. Хотя судя по чавканью, доносившемуся с той стороны, много мяса не пропало. А я, нарезав несколько тонких кусков мяса, натерев их солью и местным аналогом перца — отложил в сторонку и занялся костром. Много времени это не заняло, дров оперативно наломанных Горынычем хватало с излишком. Пока пламя разгоралось, сообразил слегка полить мясо вином. Нормально замариновать, конечно, не получиться. Но для запаха пойдет. Как бы то ни было, но закат я встретил, попивая вино из кувшина и закусывая хорошо прожаренным, слегка пряным мясом, облокотившись на похрапывающего дракона. А тлеющий костер, и озеро прекрасно дополняли картину.
— Данил, Данил, просыпайся.
— Чего? — спросонья я не очень понимал, что происходит.
— Тихо ты, не привлекай внимание.
Шепчущий Горыныч, пытающийся при этом слиться с землей, то еще зрелище при лунном свете. Я окончательно проснулся. Шагах в двадцати от нас, какая-то темная масса, активно причмокивая, уничтожала остатки барана. Мокрая чешуя неведомой зверушки матово поблескивала в сумраке. «Ничего себе, на шашлычки съездили», промелькнуло в голове. На такого монстра надо чего нить помощнее, вязь щита постепенно ограждала нас с Горынычем от потенциально возможных неприятностей.
— Горыныч, я щит поставил, но не знаю, выдержит ли он если этот «мамонт», на нас ринется. Так что, потихоньку собираемся и медленно, аккуратно валим отсюда, — прошептал я и принялся быстро распихивать вещи по сумкам. Тварь совершенно не обращала на нас внимание, целиком занятая процессом пережевывания пищи. Хруст костей перемалываемых в ее пасти практически заглушал звуки моих поспешных сборов. Замерший каменным изваянием между мной м тварью Горыныч, служил отличным прикрытием, целиком скрывая приготовления к бегству. Мне оставалось лишь умудриться, хоть как то разместить седло на драконе. Как мой медальон, болтавшийся на шнурке, радостно засиял всеми цветами радуги — разгоняя сумрак.
«Шушутдин, мать твою, ни раньше не позже» успел подумать я, прежде чем Горыныч хвостом отбросил меня на несколько метров в сторону и расправив крылья мощной струей пламени сжег ядовитую слизь стекавшую по магическому щиту, к слову вместе с самим щитом. До твари огонь не достал, зато позволил во всей красе рассмотреть огромное змееподобное тело метнувшееся к озеру и практически без всплеска растворившееся в его глади.
— Да, Шушутдин, — я слегка отряхнул медальон и вставая с песка ответил на вызов.
— Данил, не побеспокоил? Не отвлекаю?
— Уже нет, внимательно слушаю, — ответил я пытаясь хоть как то, унять дрожь в ногах и настроиться на деловой лад. Интересно у Горыныча крылья тоже трясутся, все таки тварь раза в три больше него была…
Горыныч размерено махал крыльями. До того размерено, что иной раз мне казалось, что он бессовестно храпит, так сказать за рулем. Потратив с утра время на обустройство седла, я наслаждался полетом в полулежащем состоянии. Пара палок прикрепленных к седлу и над головой колышется на ветру одеяло, прикрывая меня от солнца. Хотя пару раз оно улетало, внося некоторый элемент развлечения в полет. Горыныч, заложив пару виражей, его ловил, а я демонстрировал отсутствующие акробатические навыки и водружал его обратно. Можно было конечно приземлиться и привязать, как следует, но по обоюдному с драконом согласию это не делалось. Оставляя некий элемент неожиданности в нудное путешествие по воздуху. Время от времени внизу, на фоне бесконечного песчаного моря, промелькивали островки зелени. Зелень — это хорошо, надо будет к ближе к вечеру подыскать такой островок для ночевки. Полулежачее состояние в сочетании с разнообразием окружающего мира привели к вполне ожидаемому результату, я задремал.
