Некромант глубоко и печально вздохнул и приступил. Он выдвинул на середину своего подвального кабинета стул, заставил меня на него пересесть и принялся чертить на полу что-то, похожее на портальную пентаграмму, но с небольшими отличиями. Читая заклинания на латыни, он ходил по контуру получившегося рисунка сначала по часовой стрелке, потом против. Рисунок засветился тусклым белым светом. Моя команда напряжённо наблюдала за происходящим.
А потом я увидела их — белые нити из моего сна. На этот раз передо мной не стояла моя незавершённая копия, и концы нитей растворялись в воздухе на границе рисунка. Маг смотрел на них с отчётливым недоумением. Он попытался потянуть за одну из нитей, но пальцы схватили пустоту. Это его неприятно удивило.
Продолжая читать катрены, Квист чернилами вывел у меня на обоих запястьях непонятные символы. Нити вспыхнули ярче, но были по-прежнему неосязаемы. Жестом маг велел мне дотронуться до нитей, и я смогла слегка поколебать их, но не схватить. Маг замолчал. Нити истаяли, рисунок потух.
— Ну что я могу сказать, — развёл руками Квист, — такое случается, пусть и редко. Мне жаль.
— Поясни, — мрачно потребовал Нэйт.
— Ты ведь знаешь, что есть демон?
— Создание мрака или падший ангел.
— Это если материализовывать, — отмахнулся маг, — в сущности же, демоны есть души, либо уже прожившие жизнь, либо лишённые этой возможности. Но они в любом случае несут на себе печать тьмы. Экзорцизм придуман для того, чтобы изгонять обратно в… за Врата тех демонов, что вздумали обрести душу в обход решения Всевышнего. Человеческая душа, по сути своей — тот же демон. Но поскольку, в отличие от обитателей Бездны, она светлая — то, что применил некромант, на неё действует медленнее.
— А если коротко? — уточнил полудемон, но по тому, как он побледнел, и по судорожно сжатым в кулаки ладоням я поняла, что до него дошёл смысл запутанной речи Квиста.
— Я не могу ей помочь, — переформулировал маг, — её душа уже частично за Вратами и продолжает ускользать. Прервать этот процесс невозможно, как и обратить, так что я умываю руки.
Взгляды всех присутствующих мгновенно упёрлись в меня. Мне стало неуютно.
— Скажи что-нибудь, — неожиданно хриплым голосом попросил меня Нэйт.
«Я умру, — подумала я, — и отправлюсь в Ад. Я умру, я умру, я умру…»
— Мы прогуляемся к надписи? — спросила я.
Нэйт закрыл руками лицо. Катара положила руку ему на плечо.
— Несмотря на невозможность исполнения поставленной цели, я считаю свои обязательства выполненными, — пафосно произнёс некромант, но голос его дрожал.
«Он боится, — подумала я, — он боится смерти. Я тоже боюсь. Надо же, как много между нами общего. Интересно, мы смогли бы подружиться?»
Мой киаму, по всей видимости, восполнил запасы самообладания, потому что отнял руки от лица и подошёл ко мне, чтобы помочь подняться со стула.
— Хорошо, — сказал он, — мы прогуляемся к надписи.
Хозяин дома проводил нас до выхода, прихватив что-то со стола и спрятав в широкий рукав. Я обратила на это внимание, но не придала значения — мало ли, вдруг это просто талисман, чтобы придать себе уверенности, а я разведу вокруг этого панику. В конце концов, он вёл себя более чем гостеприимно и до смерти боялся моего киаму, как можно было ожидать от него подвоха?
Как оказалось, подвоха ожидать было не то что можно, а даже нужно: как только мы всей командой вышли за порог и повернулись, чтобы попрощаться с хозяином дома, он внезапно вскинул руку, в которой что-то тускло блеснуло, и швырнул это что-то в нас.
Маленькая пирамидка из серого камня, увенчанная чёрным блестящим кристаллом, упала нам под ноги.
— Прости меня, сын Герцога, — покачал головой Квист, — но он убьёт меня, если узнает, что я вам помогал.
— Кто — он? — прорычал Нэйт, и на кончиках его пальцев вспыхнул файербол.
Вместо ответа некромант захлопнул дверь, оставляя нас наедине с непонятного назначения штуковиной. Воздух над ней дрогнул и превратился в чёрный дым. Его клубы увеличивались, темнели и буквально у нас на глазах обретали плотность, разделяясь на две, три, четыре, пять…
— Кра’ата, — дрожащим голосом произнесла Тина, — ой мамочки!
— Хирд, черти портал, мы прикроем, — мгновенно сориентировался наш командир, — Тина, выстраивай стену, Кэт, мы с тобой отражаем атаки. Лара… Хирд, ты уже начертил границу? Лара, марш в круг и не высовывайся!
Я предпочла послушаться и пересекла границу круга.
Кра’ата, безмозглые сгустки тьмы, обладающие инстинктами хищников и неожиданно острыми зубами, погибали при свете солнца, а значит, нам нужно было либо продержаться до рассвета, либо начертить пентаграмму и сбежать, оставив тварей тоскливо кружить в ожидании неизбежной гибели. В любое другое время я предпочла бы первый вариант, но не теперь.
