Чтобы ясно увидеть процесс очищения человека, представьте себе, что вас окутывает туман материи и окружают враждебные воздействия эмоций на астральном плане, которые постепенно ведут вас к разрушению. В глубине, в незамутненном центре вашей души подобно миражу живет ваш эфирный прототип, подлинное ваше «Я», бессмертный Адонай, который ждет момента, чтобы притянуть к себе наиболее чистые ваши элементы. Чем больше ваши мысли и устремления концентрируются на низшем «я» и увлекают вас в сферу желаний, тем более тусклым и неясным становится этот образ; но если ваши помыслы, обретающие силу благодаря Воле и посредством ваших поступков, выходят за рамки вашего «я» и притягиваются к чистому идеалу, ваши более высокие энергии притекают к нему, делая его все более четким и осязаемым, пока ваше внутреннее «я» и ваше сознание не объединятся с ним и не освободятся от всех земных привязанностей, видя в том, что осталось внизу, лишь тень собственного непреходящего бытия. Желания возникают из влечений, влечения — результат разделения двух субстанций, тождественных по своей сути и свойствам. Мы не можем желать вещь, о которой ничего не знаем, и если нас влечет к ней, значит, наверняка в нас есть ее часть, которая стремится воссоединиться с тем, от чего когда-то была отделена. В любом человеке есть божественная искра Мирового Духа, интуитивно знающая источник, из которого она происходит и в который стремится вернуться.
Осознание всей чистоты этой божественной искры — вот подлинное поклонение; попытки осознать ее — истинная медитация; упражнять волю, чтобы привести свое «я» в совершенную гармонию с нею, и значит молиться. Выраженная в поступке, такая молитва обретает действенность. Подлинная молитва всегда выражается в действиях на том плане, на котором она творится. Молитва на физическом плане состоит в физическом труде, на астральном она есть очищение эмоций посредством воли; в области интеллекта молитва — это учение, дающее знание, и высочайшие духовные устремления поднимают человека над хаосом материи и приближают его к его собственному Богу.
Чтобы достичь наивысшего, Дух должен быть господином, а страсти — слугами. Беспомощный калека пребывает в рабстве у своих слуг; человек, который полагается в работе на невежд-служителей, хотя мог бы сделать все сам, в какой-то мере подчиняется их прихотям и недостакам, и если он сменит слуг, это не изменит его положения. Человек с грубыми желаниями и вкусами становится прислужником своих вкусов; они диктуют ему его поступки, и он направляет все силы на то, чтобы потакать им; но тот, у кого нет низких желаний, которым он мог бы служить, независим, свободен и сам себе господин. Он победил материю и завершил битву с астральными элементами. Для него диссонанс больше не существует, и вибрации его очищенных элементов найдут отклик в вечно живом вселенском духе Любви.
Разум рассеивает иллюзии и фантастические толкования вещей, в которых воображение нарушает установленные для него границы.
Первая сила, с которой мы сталкиваемся на пороге сферы души, — это пластическая и творческая сила разума. Человек сознает, что он может воспринять идеи и воплотить их в формы. Он не только живет в объективном мире, но и обладает своим собственным внутренним миром. В его власти быть единственным абсолютным правителем этого мира, хозяином его созданий и господином над всем, что содержится в нем. Он может править там верховной властью своей воли, и если в его мир вторгается идея, не имеющая в нем права на существование, в его власти изгнать ее или позволить ей остаться и расти. Разум человека является верховным властителем этого мира, а советниками его выступают эмоции. Если разум, последовав предательским наставлениям эмоций, позволит дурным идеям вырасти, они могут набрать силу и свергнуть его, если только он не призовет на помощь Волю, чтобы подавить их бунт.
Этот внутренний мир, как и внешний мир, живет своей собственной жизнью. Порой он темен, а в другие моменты — залит светом; его просторы и всё присутствующее в них реально для его обитателей, как физический мир реален для физических органов чувств; его горизонты могут быть шире или уже и при ограниченности в одном охватывать необъятные пространства в другом; там есть свои прекрасные ландшафты и унылые пустоши, там выдаются свои безоблачные времена и бушуют грозы, там обитают свои дивные создания и ужасные чудовища.
Человек, наделенный интеллектом, имеет возможность уходить в этот мир когда пожелает — ни страдания плоти, ни физические враги не могут преследовать его там. Терзания материальной жизни отступают, но эмоции остаются.
