— Моим отцом является кто-то из тёмных магов. Когда только вступил закон о невозможности близких отношений между двумя видами магии, моя мама связалась с отцом и у них родилась я, после чего её убили, а судьбу отца я так и не знаю.
— Полагаю, что тоже давно мертв. Так что с твоими способностями?
— Магистр, вы же знаете, что мой род наказали на двадцать лет. По правилам я не должна была выходить за пределы ворот, не должна ничем интересоваться и каждый вечер пить одно зелье. Отец думал оно для послушания, а на самом деле для разрыва связи между магией и балансом. Это пойло я употребляла в течение 18 лет, пока в один вечер я не сбежала из дома на бал и пропустила один прием. После этого начались мои приключения и я каждый раз пропускала прием. Вместо меня их пила моя компаньонка.
— Полагаю, вы с ним встретились там? — и головой указал на Рэя.
Я просто кивнула.
— Кхм, простите за вопрос, но как вы разбудили силу Авалона? — спросил ректор школы.
— А в чем проблема? — смущенно спросила я.
— Ну ведь ритуал потерян. Такой же, чтобы определить силу авалона в маге.
Тут слово взял Рэйданн, невозмутимый и серьезный.
— Всё произошло в Священном авалоне, куда открылся доступ нам двоим.
Я смутилась еще сильнее. Не думаю, что мужчины не знаю как именно пробуждается сила.
— А какого драка, Рэй. Ты голову не пробовал включать? — выругался ректор.
— Послушайте, — продолжил Рэйданн. Кажется, его вообще не задевало то, что данная тема открылась не для таких ушей, как изгнанный и ректор школы. И вовсе не думал о моих чувствах. Ну почему? — Мэтт, Джерад, пророчество начало играть на руку королям. Они удостоверились в своих догадках. Иначе бы они не охотились на Аллилейну.
А после он обратился лично ко мне.
— Мышка, прости меня. Я поступил эгоистично, я понимаю. Я хотел бы, чтобы было все как положено. Ты заслуживаешь только самого хорошего.
— Уж точно не тебя, — весело фыркнул ректор. Кажется, его веселило наши разборки или просто дал слабину перед грядущими событиями. Их чувствовала даже я, не имеющая опыта за плечами.
— Но я бы повторил все, как было, — Рэй умудрялся не выходить за рамки своего невыносимого характера.
— Я тоже, — ответила максимально честно я. Не знаю в чем было дело, то ли коньяк ударил в голову, то ли приближение изменений. Я была открыта и больше ни капли не стеснялась посторонних мужчин. — Я тоже повторила бы все неоднократно. Я так благодарна тебе за все…
— Что же требуется от нас? — прервал ванильные признания дядя Мэтт.
— Защита от королей, — ответил Рэйддан. — Оба королевства настроены враждебно и хотят только одного. Граница загорелась пару часов назад, что означает у нас очень мало времени. В любой момент сюда могут ворваться и напасть. Думаю, больше никого не пощадят. Я ворвался во дворец, Лина сбежала из под носа монарха и разбудила предсказание. И я бы хотел привлечь ещё одного человека, но думаю с этим будет чуть более проблематично. Поэтому лорда Тревали не трогаем.
— А как ты это видишь? Нас никто не станет слушать, — подметил Джерад.
— Верно, никто… — раздалось от двери чужой голос названного гостя.
— Мой дом открыт только для друзей. А вы не являетесь такими, — сказал новоприбывший гость. К счастью, он был пока один.
— Мы не хотели вас потревожить, лорд, и нас пригласила ваша дочь, — ответил ректор ничуть не испугавшись.
— Как ты нашел меня? Ведь в этот дом ты не заглядывал давно, судя по ее состоянию, — задавала вопрос я отцу, но держалась около моего защитного тыла.
— По кровной линии, Аллилейна. И если ты не хочешь признавать меня как отца, то знай, что узы не разорвать и я всегда буду им тебе.
— Тогда помоги нам, отец. Будь со мной.
— Вам? — удивился лорд. — Я хочу помочь лишь своей дочери.
— Как? Сдадите ее на помилование королю? Он же убьет ее тут же, как увидит, — немного зло ответил Рэйданн.
— Ему нужен ты, темный маг. Ты — предатель, шпион, убийца. И ты точно не пара моей дочери. А ей ничего опасного не грозит, если будет сотрудничать. И она будет сотрудничать, так как она не вошла в полную силу Авалонов.
— Да, кстати… — выдал Джерад, изгнанный и безымянный воин. Знал бы отец его историю, записанный ко мне в друзья, забыл бы про Рэйданна тут же.
— Вошла, — только это и сумела сказать полушепотом. На плечи упали крепкие горячие руки в немой поддержке. И тут же на нас обернулись удивленные все три пары глаз, из чего выделялись лишь глаза отца, наполненные болью от понимания.
— Она моя невеста и я никому не дам ее в обиду. Даже вам, лорд, — с непобедимой уверенностью в голосе Рэйданн взорвал отца на тысячи проклятий. Фонтаном лилась отповедь по тому, что мне грозит от такого признания. Мне надо было как-то остановить поток слов и я не нашла другое, как подойти, взять его руку и прошептать.
— Я люблю его и, кажется, он моя пара, кем мама была для тебя.
— Ох, доченька…
