Кстати, авроры, прибывшие по наводке Малфоя, проверив палочки, чуть не забрали всех гриффиндорцев на суд за применение темной и условно разрешенной магии. Если бы не заступившийся за них директор, то они бы уже сидели в Азкабане. А так, сейчас ребята отлеживаются в Больничном крыле и ждут своей участи. Старший Малфой вцепился в это дело, как оголодавший пес в сочное мясо. У Дамблдора и так были проблемы из–за того, что Драко пострадал во время занятий. А тут такое.
К сожалению, кабинет Дамблдора мне все–таки пришлось навестить. Не знаю, что хотел узнать директор. Как я понимаю, явных доказательств против меня нет. Может, остались какие–то обрывки воспоминаний или кто–то попытался анонимно сообщить? Мне об этом никто ничего не сказал. По его словам, он только хотел разобраться, как у трех шестикурсников появились такие травмы: у одного вывихнута челюсть, у другого контузия, у третьего отбит пах и на всех наложен обливиент, который стер воспоминания за несколько месяцев и нет ли у меня каких–нибудь идей на этот счет. Не обошлось дело без применения легелименции. Только у него ничего не вышло, судя по тому, как он поморщился. Голова–то у меня до сих пор не прошла.
Ничего не добившись, меня отпустили, хотя я полагал, что он сейчас набросится и снова кинет Империус, как на первом курсе. К счастью, обошлось.
— Ничего себе. Уже поздно. — Только сейчас понял, что в гостиной никого не было. И как только пришел в себя, слегка поморщился. Боль снова вернулась, как только вынырнул из воспоминаний. Интересное дело: передо мной лежала вся сделанная домашка, и я прекрасно помнил, как писал все эти эссе. — Почему ты не спишь? Опять не пускают? — Спрашиваю Луну, все так же сидящую в соседнем кресле.
— Не хочется. — Пожала плечами девочка, не отрываясь от книги.
— Ты всегда читаешь книги верх ногами?
— Верх ногами? — Она рассеянно подняла на меня взгляд. — Нет, а что?
— Странно смотрится со стороны. К тому же ты не перевернула ни одной страницы.
— Ты уверен, что это я читаю книгу верх ногами, а не ты? — Она закрыла учебник и все с тем же мечтательным взглядом уставилась куда–то сквозь меня.
— Читай, как хочешь. Мне просто интересно, почему ты так делаешь.
— Ты странный, — помолчав, произнесла девочка.
— Вот, кто бы говорил.
— Спасибо. — Тихо сказала Луна через минуту.
— М?
— Спасибо, что помог тогда.
— Не за что. — Пожимаю плечами. — Ответишь на один вопрос?
— Все зависит от луны и тех клюхов, что притаились в углу.
Клюхи? В комнате никого не было. Это я уже проверил. Но на всякий случай создаю сферический барьер конфиденциальности. Сам изобрел. Немного иллюзии, физики и нас никто не слышит, а наблюдающий за нами видит размытый образ.
— Я долгое время наблюдал за тобой. — Начинаю. — Не подумай чего–нибудь постыдного. Просто не люблю несостыковки. А ты, как раз одна из них… В общем… Ты одна из самых успешных ведьм на своем курсе. У тебя отличная реакция. Но при этом ты не защищаешься от нападок других. Это не все. В поезде ты назвала меня ночным путешественником. Хотя видеть меня ты никак не могла. Если только ты видишь не как все. — На этих словах она слегка поджала губы, но продолжала все с той же улыбкой смотреть на меня. — А потом я заметил кое–что. Скажи мне, Луна, ты…
— Ой! Смотри, как красиво. — Девочка уставилась куда–то в потолок с открытым ртом.
— Ладно, задам другой вопрос, если можно.
— Не надо. — Я услышал тихий шепот. — Пожалуйста, не надо.
И только сейчас заметил на ее щеке влажную дорожку.
— Ладно–ладно. Успокойся.
Она глубоко вздохнула, отвернулась к камину, шмыгнула носом. Несколько раз блондинка порывалась что–то сказать, но не решалась и снова отворачивалась к камину.
— Аст… не торопись. — Смотря мне в глаза, сказала девочка. Она встала с места и прижала книгу к груди. — Пожалуйста. Просто не торопись.
Она вытерла рукавом влажные дорожки, уже через секунду на ее лице играла знакомая мягкая и безмятежная улыбка. От скорби не осталось и следа.
— Удачной ночи, путешественник. — Попрощалась со мной девочка, исчезая за дверью в спальню.
И что это было? Не торопиться? Не торопиться куда? Узнавать ответы? Задавать вопросы? Ну, если она не хочет отвечать, то это ее право. А если я прав, то тем более стоит прислушаться к ее совету.
Ладно, спать… не хочу. Учиться… тоже не хочу. Да и сделал я уже все на неделю вперед. Пойти полетать что ли? В принципе, можно. Заодно залечу в Запретную секцию. Может, смогу найти что–нибудь по лечению ментального тела. Я заметил, что не только хорошая драка с полной отдачей заставляет боль утихнуть. Полное погружение в какой–либо процесс будь то чтением, домашнее эссе, драка или любая другая деятельность унимает гудение в голове. Что полностью противоречит словам мадам Помфри. Может, получиться отыскать ритуал какой–нибудь, который позволит узнать, что со мной.