Проскочив переулок, мы попали на параллельную улицу. Здесь, в отличие от обезлюдевшего маршрута бургомистра, царила более-менее осмысленная паника, в основном связанная с обезвреживанием обезумивших людей. Горожане, однако, действовали до удивительного слаженно. Женщины и дети попрятались в дома. Сейчас они занимались тем, что сбрасывали из окон простыни и верёвки, чем помогали оставшимся на улице мужчинам. Последние занимались тем, что сбивали с ног и вязали безумцев.
Нашей странной паре не препятствовали, пусть и провожали удивлёнными взглядами. Ну а как ещё. Красивая фигуристая женщина в сером ночном халате и молодой мужчина в брюках, рубашке и с револьвером в руке. При этом первая занималась тем, что тащила за руку второго, держа при этом весьма приличную скорость.
— Ну наконец-то Пина ответила! — на бегу обрадовалась Роза.
— Кто это? — растерянно уточнил я.
— Моя «сестричка». Помолчи, я расскажу ей что произошло, — попросила она.
Примерное понимание сказанного у меня имелось. Некоторое время назад, в момент, когда я спешно снаряжал револьвер и вешал на пояс кобуру, незнакомка сообщила мне, что её зовут Роза и что её попросили проведать нас, связавшись при помощи футляра связи. И что футляр этот находится сейчас при ней.
На моё растерянное хлопанье глазами, мол, в каком таком месте вашего обнажённого тела он находится, женщина пояснила, что подобные штуки она предпочитает хранить внутри себя.
С учётом увиденного ранее, более разъяснений мне не требовалось.
Минут пять мы бежали молча. За это время окружающая архитектура сменилась. Скученные домишки и многоквартирные дома остались позади. Улицы стали шире, по краям их появились представительные двухэтажные особняки, которые могли похвастаться таким явлением как «личное пространство». Во Флаенбурге наличие дворика, а то и небольшого сада, говорило о состоятельности владельца куда больше, чем всякие там архитектурные украшательства.
— Мы бежим к Агелине? — сообразив, что где-то рядом находится поместье баронессы, решился спросить я.
— Нет, нам необходима резиденция бургомистра. Судя по следу моих феромонов, его тащат именно туда. А ещё у меня не очень позитивные новости. Помощи в ближайшие двадцать минут не будет. Хотя, возможно, они успеют быстрее. Короче, нам с тобой поручено остановить толстяка. Ну или хотя бы пресечь излучаемую им магию. Видишь ли, сейчас в городе всего три человека, на которых эта тварь гарантированно не способна повлиять. И два из них — мы с тобой.
Вопросов имелось множество, но вот времени их задавать не оказалось: мы опять попали в зону распространяемого бургомистром безумия.
Выбежав из-за угла, прилично одетый мужчина с перекошенным от ярости лицом набросился на женщину с ребёнком, что вероятно спешила к себе домой. Сбив мать с ног, он избрал своей целью ребёнка — девочку лет семи, которую повалил на мостовую и принялся душить.
Попытавшись вырваться из чужой хватки, я бросился было на помощь. Вырваться, однако, не удалось: Роза оказалась сильнее меня. Раз так в пять.
— Оставь, на это нет времени, — стальной хваткой держа меня на запястье, произнесла она. — Или ты хочешь, чтобы жертв стало ещё больше?
— В смысле, больше? — был вынужден подчиниться я.
Ударами ног сумев оттолкнуть безумца от дочери, женщина подхватила ребёнка и бросилась бежать.
Роза принялась на ходу объяснять:
— Пораскинь мозгами. Толстяк настолько торопился, что не добил ни тебя ни меня — тех немногих, кто способен ему противостоять. Ему необходимо сделать что-то очень срочное. Нужное ему, но ненужное нам. И это что-то находится у него дома.
Свернув на перекрёстке, мы опять были вынуждены отбиваться от обезумевших жителей. Хорошо хоть занималась этим моя странная провожатая. И с огоньком занималась, пинками отправляя нападающих в полёт или вырубая их с одного удара кулаком.
Я же пребывал в состоянии буксируемого наблюдателя. И не только из-за смятения души. Полученный от толстяка удар натворил дел, из-за которых мне полагалось сейчас лежать, постанывать и мечтать о целителе. Однако, Роза чем-то накачала моё тело, отчего боль полностью ушла, но вот моя иномирская прыть вернуться не пожелала.
В какой-то момент мы увидели бургомистра. Двое крепких мужчин быстро тащили его к большому трёхэтажному зданию. Находясь в конце улицы, обнесённое высокой оградой строение отличалось от окружающих особняков куда большими размерами и ему действительно подходило определение резиденция.
— Скорее! Ты должен засадить в его тушку хотя бы одну пулю. Тогда излучаемое им поле исчезнет, — скомандовала мне женщина.
От цели нас отделяло метров сто двадцать. Конечно, никуда я с такой дистанции не попаду, и не только потому, что с точностью у карцезитовых пуль так себе. Меткости мешало хреновое состояние, трёхкилометровая пробежка и жалкие шесть выстрелов в наличии.
