Закончив, сотрудник гильдии с намёком посмотрел мне за спину, мол, не задерживайте очередь, уважаемый. Обернувшись, я обнаружил позади себя высокого худощавого мужчину в запачканной кожаной куртке. Тот устроился позади словно кот — бесшумно и незаметно.
Стоило мне уступить место у окна, как рядом оказалась Мира. Поднявшись на цыпочки, пигалица жадно забегала глазами по написанному на розоватой бумаге. Кстати, и мне не помешает узнать, что именно в сертификате написано. И главное, какой у меня ранг? Небось «лох уровня бох»?
***
Взлетев вверх, тяжёлый колун на миг замер в верхней точке, после чего со злостью опустился на увесистую деревянную чурку. Тёмный, с фиолетовым отливом металл отскочил от узловатого дерева словно от куска танковой резины. Плохо. Предыдущий опыт показал, что, если чурка не раскололась сразу, следовало трудоёмкое её разделывание от краёв к центру.
Ладно, нечего головой думать, трясти надо. Рубить, то есть.
— Эй, дядь, ну ты это, даёшь. Не надо так!
Отвлекая от процесса рубки дров, к моему рабочему месту подкатил парень лет пятнадцати. Пыльный словно обочина в жаркий день, он катил перед собой деревянную тачку, в которую сноровисто складывал нарубленные дрова, чтобы после отвезти результаты моего труда в окружённый штабелями распила цех.
Возмущала же парня скорость моей работы. Первые пару часов он, отвезя очередную партию, какое-то время дожидался нужного для наполнения тачки количества дров. Но вот я свыкся с тяжёлым инструментом, выслушал несколько дельных советов от местных работников и как-то сам собой перешёл на «вторую скорость». Как итог, пареньку приходилось мотаться без перерыва. Работать в таком темпе ему не нравилось. А я вот работал, так как по уговору заплатить мне должны за объём.
— Ты не экай, ты скажи, чтобы ещё воз дров подвезли, — гаркнул я на паренька.
— Да ты это, сдуешься скоро… — внёс аргумент подросток, но, оценив силу очередного удара, сменил пластинку. — Дядя, ты отдохни, дай собрать.
М-да, вот уж не думал, что так скоро окажусь за городскими стенами.
Место, в которое привела меня Мира, можно было с натяжкой назвать лесопилкой. Почему с натяжкой? Да потому, что оно, по сути, небольшой городок. Два десятка зданий, складов и цехов окружал двухметровый частокол, по углам которого торчали высоченные сторожевые вышки. Находилось всё это хозяйство на удалении двух сотен метров от городской стены. Выглядело место оживлённым. Периодически со стороны леса приезжали запряжённые крепкими тягловыми лошадьми телеги с распилом или целыми брёвнами. Всё вокруг шумело, скрежетало, стонало. В воздухе стоял запах горелого дерева и разогретой смолы. Судя по запахам, ну и тому занятию, которое поручили мне, здесь не только производили строительные материалы, но и добывали компоненты для местного химпрома.
Наполнив дровами возок, паренёк посмотрел на меня с помесью ненависти и уважения, после чего укатил в сторону нужного цеха.
Монотонная работа пошла своим чередом, разнообразие в неё вносили лишь особо неподатливые чурки. В какой-то момент подъехала груженая напилим телега. Откинув один из бортов, пара крепких парней добавила мне новую партию работы. Ещё часа через полтора сменился увозивший дрова паренёк. Новый работник выглядел ещё моложе, лет на тринадцать. Здесь меня потянуло порассуждать на тему социальной несправедливости, однако, веснушчатая смена работала с неподдельным энтузиазмом и впечатление объекта социального гнёта не производила.
— Ты вообще устаёшь? — раздался за моей спиной удивлённый голос.
Обернувшись, я увидел Миру. Держа в руках большую плетёную корзину, авантюристка разглядывала меня с неподдельным любопытством.
— Да не особо, но от пообедать не откажусь, — отложив колун и принявшись стягивать с рук мягкие кожаные перчатки, ответил я.
Из недоруба осталось лишь пяток особо сучковатых чурок. Как меня предупредили, рубить «ну прям всё» не обязательно.
— Вообще-то это ужин… — многозначительно заметила пигалица.
На лице её угадывался соблазн выдать колкий комментарий по поводу моей необычайной выносливости. Мол, понятно, молодой человек, за что вас так любят женщины. К своей чести, авантюристка сдержалась. Возможно потому, что уже успела засунуть свой нос в выданный мне сертификат. Вторым пунктом в нём значилось, что мой текущий атрибут «Жизнь» — «Общее восстановление сил». Если кратко, данная атрибутивная способность ощутимо повышала восстановление физической и ментальной выносливости. Насколько именно повышала, было непонятно, ведь с данным атрибутом стыковалась моя иномирская природа.
Подняв глаза на солнце, я с удивлением осознал, что светило успело пройти примерно четверть своего суточного пути. То есть, один неудачливый сисадмин медитативно промахал колуном около шести часов. И это при том, что изначально я подписывался на четыре часа или на одну телегу дров. М-да, кто-то увлёкся и это плохо. Пусть переработка будет оплачена, но мне как бы и с Мирой пообщаться надо.
