— А ещё познакомил меня с братом и сестрой, — сообщила дочь. — Они живут вместе с ним.
— Но как же его жена? — не удержалась от вопроса мать. — Наверное, волком на тебя смотрит?
— А вот и нет никакой жены! — торжествующе заявила Олеся. — Он холост. Но дети с ним. Они от разных жён. Одна — бывшая, а другая погибла.
На том конце повисла долгая пауза.
— Удивительно… — тихо повторила мать. — Ты не задерживайся там надолго. Повидались — и хватит. У них своя жизнь, а у нас своя.
— Вершинин, между прочим, спрашивал о тебе… — вкрадчиво произнесла Олеся. — Интересовался, замужем ли ты…
— Это не имеет значения! — звенящим от напряжения голосом проговорила мать.
— Поживём-увидим, — заявила дочь как умудрённый жизненным опытом философ. — Ладно, прощаюсь, мамуль. Спокойной ночи!
Олеся думала, что на новом месте не сомкнёт глаз, но лишь голова коснулась подушки, тут же провалилась в сон.
Глава 11
Олег
— Олег, подожди!
Олег обернулся и увидел, что его догоняет Вика Солнечная с их потока. Надо сказать, эта фамилия как нельзя лучше подходила к её внешности — блестящие каштановые с лёгкой рыжинкой волосы вились мелкими кольцами и, словно ореол, обрамляли веснушчатое лицо девушки. Улыбалась она всеми своими конопушками, слегка раскосыми медового цвета глазами и пухлыми губами, обнажавшими ряд аккуратных крепких зубов — в этот момент, действительно, казалось, что комнату озарил солнечный свет.
— Ты что, Вик?
Олег только сейчас обратил внимание на то, как забавно она морщит нос, когда улыбается. Вику нельзя было назвать красавицей, но в ней так и плескалось обаяния. На экзамене это, пожалуй, сыграло решающую роль, потому что голосовые данные у неё были весьма средние. Нет, пела она, конечно, вполне прилично, но преподаватели понимали, что далеко девушка не пойдёт. Просто не сможет с её заурядными способностями. Ну что же, будет, например, преподавать музыку или пение детям — кому-то ведь надо это делать! Сама же Вика считала, что у неё выдающиеся вокальные данные. Иначе разве её приняли бы в Гнесинку? Она, как и Олег, приехала из небольшого провинциального городка и ужасно гордилась тем, что теперь учится в Москве, в самой Академии музыки.
— Да тут такое дело… — чуть запыхавшись, проговорила Вика. — Ты о конкурсе «Камертон» слышал?
— Нет, а что? — удивился Олег.
— Отсталый ты человек, Русанов, — показала свои ровные зубки девушка. — В Москве живёшь, а таких вещей не знаешь…
На Вику невозможно было обижаться. Она обладала удивительной способностью упрекать или даже ругать так, что это звучало совсем не обидно.
— А что в этом «Камертоне» такого особенного? — улыбнулся Олег.
— А то, что на этом конкурсе открывают новые голоса, — назидательно проговорила девушка. — Его транслируют по телевидению, и победители получают крупные призы…
— Ну и причём тут мы? — пожал плечами Олег.
— Балда ты, Русанов! — всплеснула руками Вика. — Неужели тебе не хочется победить? Или хотя бы засветиться на таком высоком уровне? Ведь вся страна увидит!
— Ой, в моей жизни уже было столько конкурсов, что я в них не верю, — поморщился Олег. — Ну, даже если ты и засветишься, дальше-то что?
— Как это — что? — округлила глаза Вика. — Тебя заметит кто-нибудь из продюсеров и предложит выгодный контракт!
— Ты в этом уверена? — иронично поинтересовался парень.
— Конечно! — девушка была так мила в своей наивности.
— Не обольщайся, никому мы там не нужны… — остудил её пыл Олег. — Но если так хочешь, то попытайся.
— Попытаюсь! — с вызовом произнесла Вика. — Обязательно. И тебя вот хотела позвать…
— Даже не знаю… — почесал в затылке Олег. — Стоит ли тратить время и силы…
— Конечно, стоит! — горячо заверила его Вика. — Надо же вращаться в нужных кругах и связи нарабатывать…
— Ну, может, ты и права… — задумчиво проговорил Олег. — Засветиться не помешает…
Кроме них в конкурсе решили поучаствовать ещё двое парней с другого факультета. Ребята подали заявки и в положенное время явились на первый тур. Отстояли огромную очередь — желающих было море, многие приехали их отдалённых уголков страны. Все, конечно, волновались и набрасывались с вопросами «ну как?», «ну что?» на тех, кто выходил из зала прослушивания. Вику отсеяли в первый же день. А она-то была абсолютно уверена, что пройдёт дальше!
— Достаточно, — сказал какой-то невзрачный мужичонка — видимо, главный, в этой комиссии — едва девушка пропела несколько строк. — Спасибо. Пусть зайдёт следующий.
— А как же я? — удивлённо спросила Вика, думая, что это какое-то недоразумение, и ей надо спеть ещё раз.
— Извините, но вы нам не подходите, — напрямую заявил всё тот же мужичонка и, потеряв к ней всякий интерес, стал переговариваться с соседкой — дамой неопределённых лет в очках и ярком платке, причудливо задрапированном на груди.
— Ну что? — подскочили к ней парни, как только она показалась из дверей.
Девушка выглядела растерянной. По привычке улыбалась, но на её побледневшем лице даже веснушки поблекли, а в глазах уже стояли слёзы.
— Сказали, я им не подхожу… — тихо ответила Вика и расплакалась.
