— У тебя, Олег, уникальный природный дар и отличная профессиональная подготовка, — продолжал Дмитрий Геннадиевич. — Конечно, многое будет зависеть от того, как этим распорядиться, но ты — парень с головой, и, думаю, жизнь понимаешь правильно. Поддерживай форму, заботься о своём голосе, ибо это твой главный инструмент, и, конечно, твори. Пиши новые песни, но не дешёвую попсу, а так, чтобы на все времена…
Именно Дмитрий Геннадиевич в своё время подсказал Олегу, как стать неординарным певцом, как придать голосу неповторимую окраску и выделиться из общей массы исполнителей. И внушил ему мысль о том, что надо создавать глубокие произведения, которые по-настоящему западали бы в душу зрителям. Но тогда парень был ещё совсем юным и до конца не понимал, что подразумевается под этой глубиной. Теперь же, повзрослев и вплотную пообщавшись с множеством людей, он стал сердцем чувствовать, о чём должны быть его песни. Конечно, о любви — но в широком смысле. Это и любовь к Отчизне, своей земле, любовь к отцу и матери, любовь к женщине… Теперь он сочинял именно сердцем — может быть, поэтому его песни так трогали зрителей, поражали своей искренностью и запоминались надолго…
Однажды посреди всей этой круговерти он встретил девушку. После расставания с женой, которая так вероломно с ним обошлась, а, проще говоря, предала, Олег замкнулся в себе и стал с опаской смотреть на женщин. В каждой ему чудилась корысть, особенно теперь, когда он стал суперпопулярным. Ему казалось, что всё это обожание — лишь результат его внезапной славы. А не будь её, никому из армии поклонниц он не был бы нужен.
Конечно, время от времени у него случались отношения, но он их рассматривал как мимолётные связи — не более. Никому ничего не обещал. Мол, хочешь — переспим, но дальше каждый пойдёт своей дорогой.
А тут Олег на концерте случайно встретил Олесю. Он помнил, что она — сестра его приятеля Влада, и они уже пересекались однажды. Не забыл и то, что при первой встрече девушка ему очень понравилась. В банкетный зал ресторана, где они с парнями репетировали, вдруг вошла милая скромная блондиночка. Яркой привлекательности в ней не было, но, чем больше Олег смотрел на неё, тем теплее становилось у него на душе.
Он тогда постарался поразить её своим исполнением — и ему это, похоже, удалось. Девушка слушала затаив дыхание и не сводя с него глаз, а потом искренне похвалила. Было видно, что его пение произвело на неё сильное впечатление — она даже не сразу заметила, что музыка стихла, а некоторое время сидела, погружённая в свои мысли.
После репетиции Олеся с Владом ушли, а Олег не стал спрашивать номер её телефона — он был женат, хотя уже тогда у них с Викой начались раздоры. Парня тяготила необходимость зарабатывать на жизнь в ресторанах, а жена требовала денег, да побольше. Ему же хотелось прекратить эту гонку за длинным рублём, уйти в подполье и заняться творчеством. В общем, в те дни Олегу было совсем не до новых знакомств, но Олеся ему запомнилась.
И вот много позже он вновь встретил её — уже на своём концерте. Она с радостью согласилась его подождать и поехала с ним в гостиницу. «Мы же взрослые люди, — подумал тогда Олег. — Никто ведь никого не заставляет». К тому же девушка ему нравилась. И, когда он, открыв глаза после сна, вдруг обнаружил её сидящей на постели рядом, то понял, что она ему встретилась неспроста. В её глазах читалось столько любви и обожания, что у парня не осталось никаких сомнений.
Вышло так трогательно — он оказался у неё первым мужчиной. Девушка без колебаний скользнула в его объятия, и всё у них было замечательно. Вот только потом, когда Олеся заснула, Олег задумался — нужны ли ему сейчас серьёзные отношения? У него бешеный ритм жизни, дома он почти не бывает, да и, вообще, неудачная женитьба мрачным облаком всё ещё нависала над ним. Он попросту испугался взять на себя ответственность. Эгоистично? Да, конечно. Непорядочно? Пожалуй. Но ведь сейчас не позапрошлый век и даже не прошлый. Олеся, видимо, очень хотела с ним встретиться — ну вот встреча и состоялась. Чего же ещё? Все довольны. Теперь ему пора возвращаться к своим обязанностям, а ей отправляться в собственную жизнь. Так он уговаривал себя, пытаясь усыпить совесть, которая подавала настойчивые сигналы.
Рано утром слегка звякнул телефон — это помощник условным знаком разбудил Олега, чтобы мчаться в аэропорт. Он едва успел черкнуть записку Олесе, которая крепко спала. Но сообщать свои координаты не стал — ни к чему. Олег за несколько минут тихо собрался и прикрыл дверь гостиничного номера. Его поспешный отъезд был похож на бегство.
Потом он, конечно, вспоминал Олесю — милую, славную, податливую, словно лёгкое светлое облачко. Но его жизнь опять понеслась в привычном бешеном ритме, и рефлексировать просто не оставалось времени и сил. Может быть, потом, когда-нибудь…
