Затем следует назвать затворников, которых видят только слуги. Такой затворник отказывается разговаривать и дает знать о своих потребностях письменно. Есть такие, кто закрывает окно, чтобы не видеть окружающего пейзажа, только небо. Некоторые отказываются видеть и небо, закрывая окно полностью или поселяясь в комнате без окон, но освещаемой непрямыми лучами солнца. А иные отшельники не видят вообще никого. В таком случае, если у цамспа несколько комнат, еду приносят в одну, а он удаляется в другую; если комната одна, еду ставят у входа и кто-то стучит у двери, сообщая: то, что нужно, уже готово; домочадцы уходят в смежные комнаты или коридор на время, нужное цамспа, чтобы выйти за едой и чтобы его никто не видел. Любой предмет возвращается таким же образом: цамспа стучит в дверь или звонит в колокольчик, привлекая внимание к своей просьбе.
Среди тех, кто практикует такого рода цам, некоторые просят необходимые им вещи письменно; другие отказываются от этого средства. Следовательно, каковы бы ни были нужды цамспа, они их не высказывают; даже если те, кто ухаживает за ними, забывают принести им еду, они молча голодают.
Обычно цам в чьем-то доме длится недолго, особенно если это строгое уединение. Самый большой период – год; затворник обычно уединяется на три месяца, месяц или даже на несколько дней; миряне редко закрываются в своих домах больше чем на месяц. Ясно, что длительные и строгие цамс не удается практиковать в обычных домах: сквозь такой тонкий барьер, как закрытая дверь, до цамспа неизбежно доносятся звуки – ведь люди заняты мирскими делами, они двигаются.
Тишина и покой, которыми наслаждаются в высококлассных монастырях, не всегда и не для всех достаточны, и многие гомпа строят особые небольшие домики для своих членов, желающих жить в строгой изоляции. Такие домики называют
План цам кханг зависит от вышеописанных правил и требований. Из окон некоторых затворник любуется превосходными пейзажами; другие окружены стенами, скрывающими вид на окружающие горы; в таком случае заграждением образован небольшой внутренний дворик или терраса, где цамспа прогуливается или сидит, не видя никого и невидимый никем.
Большинство цам кханг состоят из двух комнат: в одной сидит и спит затворник, в другой, на кухне, живет его слуга. Если цамспа никого не видит и ни с кем не разговаривает, его слуга живет в отдельной хижине: в этом случае устраивают двойную калитку в стене или двойную дверь в комнате затворника и через нее подают еду.
Основательную еду обычно подают только один раз в день, но чай со сливочным маслом приносят несколько раз в день. Если лама принадлежит к одной из сект «Красных шапок», чай чередуется с пивом[133]. У тибетцев есть привычка держать под рукой небольшой мешочек с ячменной мукой, так что затворник может есть ее с чаем или пивом когда захочет.
Только члены религиозных орденов удаляются в коттеджи, специально построенные в качестве домов для проведения медитаций. Некоторые остаются в изоляции в течение нескольких лет; канонический период – три года, три месяца, три недели и три дня. Есть такие, кто повторяет это длительное затворничество два или три раза в жизни и даже закрывается в цам на всю жизнь.
Существуют и более суровые виды цам, например затворничество в полной темноте. Медитация в темноте – практика, которую нельзя назвать только ламаистской, она известна и в других буддийских странах. В Бирме мне приходилось видеть различные комнаты для таких медитаций, специально построенные для этой цели, – сама пользовалась одной из них, когда останавливалась в горах Сагайна. Но если бирманские и другие буддийские монахи проводят в них время от времени несколько часов, то некоторые тибетские отшельники закрывают себя в этих жилищах– могилах на несколько лет или даже до самой смерти.
Когда требуется полная темнота, как ночью, или пребывание в цам кханг долгое, отшельники часто устраиваются в гротах или частично заглубленных зданиях, куда воздух попадает через каминную трубу, сконструированную таким образом, чтобы солнечный свет через нее не проходил в келью затворника, – но так делают очень редко. Обычно темные жилища отшельников проветриваются естественным путем, то есть очень плохо – через щели и т. п. Через них проходит и свет, но чисто теоретически – в таких мрачных жилищах невозможно ничего разглядеть. Правда, через какое-то время глаза цамспа привыкают к темноте и он успешно ориентируется в обстановке.
