— Я помогу уложить его, — Таус решительно вошел внутрь и направился к Борину. Он молча подхватил моего парня под руки и, протащив по полу, закинул на кровать.
Я сгорала от стыда.
Он не стал ни о чем расспрашивать, просто протянул руку и поднял меня с пола.
— С ним будет все в порядке, — Таус сообщил бодрым голосом, — Не стоит расстраиваться и портить себе вечер. У меня есть для тебя сюрприз, я хочу поднять тебе настроение.
Я отрицательно помахала головой.
— Уже поздно, — попыталась я отделаться от него.
— Сегодня новый год! Возражения не принимаются, идем. Тебе понравится.
Любопытство взяло верх. Я бросила последний взгляд на спящего Борина и последовала за Таусом.
Мы прошли на другую строну дома и остановились перед закрытой дверью. Во время импровизированной экскурсии, Мира провела нас мимо, сказав, что там идет ремонт.
— Ты хочешь поразить меня беспорядком и строительным мусором? — не удержалась я от сарказма.
Таус усмехнулся и распахнул дверь. Мы шагнули в темноту, и он зажег свет.
— Сюрприз! — весело прокричал он.
Я в удивлении оглядывала буйную зеленую растительность. Мы оказались в оранжерее. Стены и потолок комнаты были застеклены. Я охнула и, забыв обо всем на свете, пошла рассматривать растения. Я так соскучилась по зеленым друзьям.
Когда я подошла ближе, мое удивление возросло в разы, потому что я узнала своих красавиц из лаборатории. Я прыгнула от радости и захлопала в ладоши — детский жест, от которого я до сих пор не избавилась.
Я перебегала от одного горшка к другому, ощупывала, осматривала, меня полностью захватил процесс. Не знаю сколько прошло времени, и тут я вспомнила про Тауса.
Мужчина довольно наблюдал за мной, не говоря ни слова. Он явно испытывал удовольствие от моей радости.
— Но, как, Таус? — только и смогла я спросить.
— Я выкупил права на все твои патенты и оформил документы на твое имя, посоветовался с твоими коллегами и прихватил еще несколько, которые, по их словам, были тебе особенно интересны.
Я погрустнела:
— Но у меня нет для них места.
— Дарина, я хотел оранжерею, и мне нужен человек чтобы ухаживать за ней, — он наклонился, пытаясь поймать мой взгляд, — Два-три твоих визита в неделю будет достаточно? И я смогу уделять время на занятия с тобой, — довольно закончил Таус и распрямился.
Я медленно пошла ближе к одной из стеклянных стен. Вьюга пугала своей неукротимостью.
— Мы оговорим с тобой зарплату и в случае коммерческого успеха твоих проектов, ты получишь дополнительную прибыль.
Я медлила с ответом, нервно сплетая и расплетая пальцы рук.
— …Борин, — начала я и не смогла закончить предложение.
— Борину придется смириться, — резко оборвал Таус, — теперь он знает о том, что ты его лечишь, а тебе необходимо контролировать потоки, чтобы не навредить себе и ему, в том числе.
Во мне боролись противоречивые чувства. Я была готова продолжить прыгать от радости, но стоило подумать о Борине, как в ушах зазвучали его обидные реплики. Метель нагнетала напряжение. Глубокой ночью я стояла в оранжерее, наблюдая разбушевавшуюся стихию.
Таус ждал моего ответа.
— Свирепая и страшная до ужаса стихия, — завороженно прошептала я.
— Всего лишь дикая сила природы — естественна и органична в общем порядке вещей, — возразил Таус.
— Дикий зверь, вырвавшийся на свободу.
— Даже его можно приручить или лучше стать ему другом. Такие редко, но заводят друзей. Зато подобные дикие звери остаются верны до самого конца.
Каким-то неведомым образом в сумятице неистовой бури прямо за окном перед моими глазами отделился маленький снежный вихрь и закружился, превращаясь в цветок. Я протянула руку, и словно погладила его через окно. Цветок рассыпался небольшим салютом на несколько маленьких розочек, которые вскоре поглотила метель.
В душе разливалось уютное тепло.
Я разглядела отражение Тауса. Он улыбнулся.
— Шакти выровнялась вокруг тебя. Так мне нравится больше, — подбодрил он меня, подходя вплотную сзади. Мне было некуда отступить. Я почувствовала его дыхание на затылке и сердце часто забилось.
«Наверное, Борин прав, я сама провоцирую Тауса», — пронеслось в голове.
Я резко развернулась и уткнулась Таусу в грудь.
— Таус, это неправильно, — попыталась я образумить его и почувствовала, как его голова опускается ниже, и его желанные губы приближаются.
Тело мгновенно вспыхнуло облаком шакти, не было сил возражать, воля медленно покидала меня, а его губы все приближались. Мой рот приоткрылся, виски пульсировали, руки потянулись обнять его.
На задворках сознания вспыхнули слова: «Это ты виновата!», и все, что я смогла сделать — отработанным жестом скрутить спиральку шакти.
В тот же момент Таус резко отпрянул. Я растерянно заморгала.
Светлая спиралька болталась, подвешенная в воздухе, окутанная темной дымкой.
Раздались его медленные хлопки, громко разрезая тишину ночи.
— Только не говори мне, что ты сделала это сама. Кто тебя научил? — напряжение четко прослеживалось в его словах, в его позе и во взгляде.
— Таус, я не буду приезжать к тебе, если ты продолжишь в таком же духе, — опомнилась я и попыталась перевести тему.
