«А потом ты мой пушистик, отправишься либо спать на кровать, либо вновь гулять на улицу! — подумала я, вытирая руки, сладко потягиваясь и вспоминая, где здесь у нас находятся светильники. — Неужели отец все забрал?»
Выйдя в соседнюю комнату, стала раскрывать шкаф за шкафом, внимательно осматривая каждую полку. По мере просмотра, находили свои детские игрушки, бабушкины измельченные травы с небольшими надписями, чтобы не забыть, что где лежит. Правда она могла итак всё помнить!
Просмотрев все возможные места, на некоторое время замерла, уперев руки в бока и слегка нахмурив лоб.
«И где мне их искать? Не со свечками же туда лезть! Хотя… если отец соизволил за это время всё починить, то свет там будет, только вот… — посмотрев на лестницу ведущую на второй этаж, засомневалась. Так как возле дверцы, лежало несколько больших тюков, наполненных неизвестно чем. — И если мне не изменяет память, они стоят там ещё с моего последнего посещения!»
— Мам!
— Что такое?
— А где у нас светильники?
— Я так и подумала, что ты по приезду полезешь в пыль. Вот, поставила их заряжаться, два уже готовы.
Я прошла в комнату и посмотрела туда, куда указала моя мама. Там, на полу стояли уже два заряженных светильника, и ещё два были на подходе. Осталось всего пятьдесят процентов. Потерев руки друг о дружку, быстро подхватила их в одну руку, второй уже брала большой пакет приготовленной мамой для пыльного чердака и второго этажа.
— Спать хоть спустишься?
— Куда я денусь! — улыбнулась маме. — Ну в крайнем случае, лягу там на кровати.
— Там пыльно и…
— Для этого ты и приготовила этот пакет.
Поцеловав её в щёку, быстро развернулась и пошла к лестнице, правда замерла на первых двух ступенях. Сердце то и дело норовило пропустить удар, а на глаза накатывали слёзы.
«Успокойся, Юлиана, что с тобой случиться? Это просто старые вещи!» Пыталась себя успокоить, продолжая подниматься наверх, пока не остановилась возле этих тюков, в которых обнаружила пустые пятилитровые бутылки, которыми мы накрывали в прохладные ночи высаженные кабачки, тыквы и прочие такие ростки. Опустив один мешок на соседнюю ступеньку, отворила дверь и… задержала на некоторое время дыхание, из-за огромного облака пыли. Пришлось опустить практически всё на пол, кроме одного светильника, который я включила и взяла с собой, пробираясь к окну.
Да уж, пришлось немного постараться, дабы не упасть и не удариться обо что-то острое по дороге к оному. Где спустя ещё минуту смогла вздохнуть свежий воздух и взглядом увидеть прекрасный закат.
— Красота!
Выдохнула на улицу, разворачиваясь уже лицом к моему полю действий.
Итак, мне предстояло перебрать около двадцати больших коробок, трёх деревянных сундуков, два шкафа и… успеть пробраться на ту сторону, где у нас находилась ещё одна небольшая отдельная комната, в которой раньше собственно я и жила, приезжая на лето к бабушке.
Достав из сумки темные мешки для мусора, приступила к верхней коробке, находящийся прямо рядом со мной. Фонарь пришлось подвесить на небольшой крючок, найденный совершенно случайно, как очередное воспоминание всплыло в голову. Бабушка, именно на них подвешивала пучки трав для сушки, открывая окно и что-то ещё. То, что на данный момент вроде и вертелось на языке, но вспомнить никак не получалось.
По мере рассматривания внутренностей этой коробки, обнаруживалась лишь её немного потрепанная одежда. Странные и непонятные темные одеяния, очень похожие на две сшитые друг другу черные лоскуты. В тон был непонятный плащ с капюшоном и завязками под шеей. Из него на пол, практически рядом с моей ногой выпала небольшая заколка в виде ветки рябины. В свете такого «светильника», мне показалось, что эти ягодки будто светятся изнутри. И эта брошь была убрана в пластмассовый контейнер для хранения, как память о ней.
Следующей непонятной вещью, что попалась на мои глаза была поломанная метла. Вот что-то, а метел я точно не припомню! Была вроде одна, но ей мы подметали тропинки от пыли, засохшей травы, принесённой сильными ветрами. Да и осенью очищали от листьев. А вот такой вот, с разными ветками и цветами — не припомню. Мотнув головой, подхватила её и попросту выбросила в окно, туда, где лежали другие сухие ветки для костра.
Различные кофты с её излюбленными узорами, перчатки для земли, огнеупорные перчатки! Стоп! Огнеупорные? Не поверив своим глазам, внимательно их повертела перед собой, пытаясь вспомнить, для чего они вообще тут нужны. И чтобы хоть как-то себя успокоить отложила в сторону, дабы потом спросить у мамы. Уж она-то наверняка должна знать об этом, всё-таки это была её мама.
