Магия крови полностью

Я на Небесах, а Филипп — мой ангел. Я Моргана, а Филипп — волшебник, обучающий меня управлять миром.

В пламени свечей мы смешиваем снадобья, кипятим их в железных котелках, словно чародеи в древние времена. От дыма мои щеки розовеют. Я улыбаюсь ему, надеясь, что он наконец заметит.

Филипп лечит, он полностью поглощен этим занятием и верит, что сила, которой обладает наша кровь, предназначена для спасения человечества. Или по крайней мере Бостона. Филипп исцеляет от головной боли и лихорадки, облегчает роды и смерть. Для того чтобы заниматься одновременно несколькими людьми, ему нужны мощные заклинания и много крови.

В его книге также есть заклинания, превращающие камень в золото и помогающие найти утраченное. Филипп старается не пользоваться ими, чтобы не тратить зря силы, а вот я, наоборот, обращаюсь с ним. Я практикуюсь: превращаю воздух в огонь или воду в лед щелчком пальцев, всего одним словом заставляю воду кипеть.

Может ли кто-нибудь поверить, что магическое действие совершается с помощью ленты или сушеного утиного клюва? Может ли кто-нибудь поверить, что освященная вода излечивает кашель, если в нее добавить всего каплю крови? А камни? Маленькие, грубые камни, с острыми углами. Филипп учит меня работать и с ними. Держишь камень в руке, произносишь наизусть сложное заклинание и вдыхаешь в него магическую силу; таким образом камень накапливает полезные заклинания и мощь, и его можно спрятать в карман или под корсет.

Я никогда не захочу закончить все это.

Ведь я могу все.

В четверг я не пошла в школу.

Весь день мы с Ризом изучали книгу заклинаний на кладбище и вернулись домой лишь после полуночи. Брат впервые попытался применить магию, для того чтобы исцелить рану на моей ладони. Все прошло не очень гладко: остался розовый шрам, но он хотя бы не болел и не кровоточил, даже бинты не понадобились.

Затем мы продолжили эксперименты. Изменяя количество крови, жонглируя словами, мы вдыхали жизнь в листья — то в один листок, а то и в целые кучи за раз. Происходящее до сих поражало нас. Всего капля крови, круг из соли, и мы могли приказывать самой смерти, заставлять растения зеленеть и цвести.

Риза и меня охватило невероятное возбуждение, которого мы не чувствовали уже долгие месяцы. Мы веселились, смеялись друг над другом, подбрасывали в воздух охапки листьев со следами нашей крови, и они, приобретая на глазах изумрудный оттенок, расправлялись, а затем, медленно планируя, опускались на землю.

Я представляла, как произнесу нужные слова и верну родителей к жизни, но потом вспомнила птицу, которая, только воскреснув, едва успев ощутить прилив сил, рухнула с небес и вновь превратилась в горстку костей и перьев. Это доказывало, что заклинание не постоянно. По мнению Риза, энергии нашей крови хватало лишь для того, чтобы дать толчок, активизировать процесс возрождения, и только. Потом действие магии заканчивалось и все возвращалось на круги своя. Я же считала, что дело в душе. Птица не могла больше жить, потому что душа ее давно отлетела.

То же самое произошло и с родителями. Их души уже не подвластны этому миру. Они недосягаемы.