— Но все, действительно, кончено и тебе больше не нужно находиться здесь.
— А девчонка?
— Она не виновата в том, что с ней случилось, Элла.
— Но она носит его магию!
— Нам лучше в это не вмешиваться. Мы не сможем противостоять Локру. Поэтому я и прошу: давай уедем.
— Дай мне еще немного времени, Домиан.
Я на цыпочках вышла в холл и поднялась по лестнице на второй этаж. Васька уже спал, уткнувшись мокрым носом мне в шею.
Так-так-так… И что же выясняется? Что между Домианом и Элевенирой что-то есть. Но это их личное дело, а вот слова про Локра очень даже любопытны. Моя «потенциально опасная» магия и Локр как-то связанны? Так что же за магия мне досталась?
Но все-таки усталость взяла свое. Я прижала к себе рыжего и почувствовала, что глаза сами закрываются. Приснилось мне что-то невероятное. Я летела по воздуху над Малаховкой. Над лугом с Никиткиными ямками, над домом бабушки. Мне показалось, что возле дома стоял мой двоюродный брат Михаил. Но только не двадцатилетний, как я его застала в свой приезд в деревню, а немного возмужавший. Ближе к тридцатилетнему возрасту. Я хотела окликнуть его, помахать рукой, но ощутила, что у меня нет тела. Перед глазами вдруг все закружилось, сливаясь в одно смешанное пятно, и я проснулась.
Домиан откинулся на спинку кресла и устало потер переносицу.
— Госпожа, в свете последних событий я предположил, что лучше будет, если этикету и манерам вас будет обучать госпожа Элевенира.
Я, недоумевая, посмотрела на секретаря:
— Элевенира?! Домиан, я не уверена, что это хорошая идея…
— Это здравая идея. В свете и так уже обсуждают убийство господина Сандини и его молодую вдову иномирянку. Если сюда еще добавятся и слухи о том, что вас приходится обучать элементарным вещам, то ваш выход в свет станет скандалом предстоящего сезона. А госпожа Элевенира аристократка и все тонкости этикета изучала с самого детства, как и положено в высшем свете. Что касается танцев, то думаю, господин Адвальдо не откажет вам.
— Адвальдо? — я едва сдержала смех. Вот очень трудно представить такого крупного мужчину грациозно танцующим. Но Домиан смерил меня строгим взглядом:
— Господин Адвальдо аристократ. И уж чему-чему, но танцам обучить вас вполне способен. А вот с вашими занятиями по магии пока придется повременить.
— Почему?
— Я в курсе того, что ваша магия признана потенциально опасной. И поэтому об обучении не может быть и речи. Любой преподаватель обязан доложить в комитет по магической безопасности об ученике с такой магией.
— Домиан, вы ведь знаете больше, чем пытаетесь показать. Что не так с магией, которую я получила от Тирайо? Не разумнее было бы поставить меня в известность, чтобы я не натворила чего-нибудь по незнанию?
— Госпожа, я не обладаю какой-либо достоверной информацией относительно вашей магии. А слухи и домыслы — не мой профиль.
Глава 10.1
Несмотря на наши непростые взаимоотношения с Элевенирой, я все-таки должна признать, что рассказчица она замечательная. Я-то полагала, что уроки по этикету будут нудными и скучными, а уж когда дело дойдет до манер, я вообще засну от скуки. Но я сильно ошибалась. У Элевениры была забавная методика обучения. Она рассказывала какую-нибудь светскую сплетню или скандальную историю и тут же задавала мне массу вопросов, будто я была очевидцем. А потом поправляла, если мои ответы были неверными и объясняла, что к чему. Но, разумеется, одними сплетнями распорядительница не ограничилась. Мне был преподнесен внушительный список книг, которые предстояло прочесть. И темы, охватываемые этими книгами, поражали разнообразием. На мой вопрос, зачем мне столько знать, Элевенира презрительно хмыкнула:
— Не хочешь же ты прослыть невеждой при первом выходе в свет?
Исчерпывающий ответ и вполне в духе этой дамы.
Мне было интересно, какие доводы привел Домиан, чтобы убедить это зазнайку снизойти до меня. Но, понаблюдав за Элевенирой, я заметила, что ей и самой доставляет удовольствие поучать меня, наставлять и посмеиваться над моими пробелами в знаниях. Да пожалуйста: чем бы дитя не тешилось, лишь бы оно не вешалось.
А еще я с предвкушением ждала урока танцев. При мыслях о том, что я буду танцевать с Адвальдо, меня охватывало волнение. Но то ли Элевенира слишком увлеклась, то ли молодой Сандини и сам был не против предоставить ей инициативу, но урок танцев прошел под бдительным руководством распорядительницы. А Адвальдо была отведена роль учебного пособия. Но вот тут и пробил мой звездный час. Если ма и рассчитывала снова посмеяться надо мной, то тут её ждал крутой облом. До того как попасть в детдом, я несколько лет занималась хореографией. Каких-то особых высот я не успела достичь, но уж в отсутствии пластики и грациозности меня точно нельзя было упрекнуть.
