– Тебя там тоже не было… Я сказала себе: я совсем одна, это неправильно, это очередная глупость Гиймо! А главное – страшная головная боль… Кажется, я вздремнула. Помню, мне снились лошади и долгая дорога верхом. Потом я встала и пошла куда глаза глядят. Спустившись с холмов, наткнулась на торговый караван. Купцы поймали и связали меня. Я ничего не могла сделать, потому что совершенно лишилась сил. А ведь это не в моём стиле…
– Что верно, то верно! – хором подтвердили Ромарик и Гиймо.
– Потом, – продолжала Амбра, – я оказалась в повозке. Возница сказал, что меня продадут как невольницу какому-то Тунку в Ядигаре за хорошие деньги. Мне от этого было ни жарко ни холодно. Я хотела только одного – уснуть. И уснула. А проснулась только тогда, когда меня оставили здесь…
– Подведём итоги, – предложил Гиймо после долгого молчания. – Гонтран попал в башню с книгами и колдовскими принадлежностями… Молодец, что сумел удрать!
– Со страху ещё не такое выкинешь! – скромно отозвался Гонтран. – Теперь я понимаю, что ты чувствовал, когда совершал побег из монастыря Гифду!
– Да? Что ж, спасибо. Я ничего не упустил, Гонтран?
– Нет. Не считая того, что башня стояла в обезлюдевшем городе. Она сразу показалась мне зловещей. Предчувствие беды придало храбрости для бегства.
– Коралия, – продолжил Гиймо, – угодила на плот, принадлежащий Народу Моря. Ромарик присоединился к ней позднее.
– Ага, в два счёта! – съязвил Ромарик.
– Коралия уже рассказала о Народе Моря, а Ромарик – о жрецах.
– Да, о жрецах из Енибохора, которых боятся во всём Мире Ненадёжности, – подтвердил Ромарик.
– Боятся и ненавидят, – уточнила Коралия. – Они ведь похищают детей!
– Если Агату похитили жрецы из Енибохора, то мы топчемся на месте, – пробормотал Гонтран.
– На это ничто не указывает, – возразил Гиймо. – Медальон орка напрямую связан с Ядигаром.
– А я? – напомнила Амбра, огорчённая, что не может поведать ничего занимательного. – Почему одна я всё время проспала, почему только у меня от Перехода разболелась голова?
– Это остаётся загадкой, – ответил ученик колдуна. – Как и то, почему ты попала сюда через ту же Дверь, что и я, но не одновременно со мной.
– Тише! – вмешался Тоти, не участвовавший в разговоре, который вёлся на языке страны Ис. – Идёт начальник тюрьмы!
Лязг засовов подтвердил его слова. Все затаили дыхание.
Охранник отпер дверь камеры. С ним явились двое. Один, роскошно одетый, сильный и важный, был, видимо, главным в тюрьме. Второй внушал больше опасений. Он не походил на военного: бритый череп, пронзительный, как у хищной птицы, взгляд, белый балахон наподобие монашеского.
Он указал на подростков сухой рукой, на которой не хватало пальца:
– Вы! За мной!
Друзья не двигались, дожидаясь, что решит Гиймо.
– Слышали? – охранник стукнул палкой по решётке. – Выполняйте приказ его превосходительства советника!
Гиймо вздохнул и вышел к бритоголовому. Остальные последовали за ним.
– Прощай, принц воров! – театральным шёпотом сказала Коралия мальчику Тоти, проходя мимо него.
Друзья побрели по бесконечным тюремным коридорам за советником, начальником тюрьмы и охранником.
– «Принц воров»! Ну и фантазия у тебя! – съязвила Амбра.
– Странно… – пробормотал Ромарик. – Мне показалось, наш маленький паж обрадовался, что нас наконец уводят!
– Олухи! – фыркнула Коралия.
Гонтран находился в замешательстве. Он был уверен, что где-то уже видел этого человека с хищным обликом. Он старался вспомнить, но не мог. Нет, невозможно, ведь раньше он никогда не бывал в Ядигаре…
Вскоре они вышли на свет. Их путь лежал в огромный зал дворца.
– Вот они, шпионы, разоблачённые нашим проницательным советником! – произнёс с огромного резного трона властитель Ядигара – могучий Тунку.
Его грубое лицо, как и волосатые руки, покрывали шрамы несчётных боёв. Было очевидно, что ему повинуются не из любви, а от страха. Ведь он готов проломить голову любому ослушнику. Тунку источал непробиваемую самоуверенность, его голос гремел, как гром с небес, сотрясая дворцовые своды.
– Зачем явились? – правитель сощурил звериные чёрные глаза.
Ребята молчали, ожидая, что заговорит Гиймо. А тот отчаянно соображал, как выпутаться из положения.
– Как меня печалит ваше недоверие! – издевательски пророкотал Тунку. – Ещё больше я расстроюсь, если придётся отдать вас моему советнику… Знаете, что он делал, прежде чем стал «превосходительством»? Пытал еретиков в Енибохоре!
Ребята тут же вспомнили рассказы о жрецах и испуганно посмотрели на человека, скромно стоявшего сбоку от трона. Гиймо набрал воздуха и произнёс:
– Мы Люди Песка. Пришли сюда вопреки запрету вождя, чтобы купить новое оружие.
Тунку со смехом покачал головой.
– Ты тут главный? Как твоё имя?
– Меня зовут… Элик.
