— Заходите. Не мнитесь на пороге, — сухо бросил господин Иттир, отшвырнув на стул сорочку магистра Φорожа.
Сам алхимик был уже не в состоянии ни сам раздеться, ни даже помогать хмурому лекарю и явно смущенному лорду Цорею. Он только постанывал и прижимал ладонью левое плечо.
Я поставила шкатулку на прикроватный столик, положила рядом ключ, стараясь не смотреть в сторону полуобнаженного магистра. Лекарь буркнул благодарность, открыл шкатулку и, вытащив оттуда колбочку с ярко-желтой пиявкой, повернулся ко мне.
— Так. Вы можете идти. Еще упадете в обморок, а мне некогда с вами возиться, — отрезал он и обратился к юноше. — Вы остаетесь. После ваших забав на арене я должен вас осмотреть. И не спорьте!
Лорд Цорей сник, но молча кивнул.
— Льяна, — прошептал магистр Форож, впервые обратившись только по имени. — Возьмите у меня из кармана… голубой кристалл и ключи… вернитесь в кабинет. Пожалуйста!
— Да, конечно, — пообещала я. — Я все сделаю. Ни о чем не волнуйтесь!
Он кивнул и опустил голову на подушку. На лбу блестела испарина, у глаз появились темные круги, бледные губы алхимика дрожали. Смотреть на него было страшно. Чувствуя, что слезы щиплют глаза, я поторопилась выполнить его распоряжение. Помочь ему я здесь ничем не могла, а вот выполнить заказ и не допустить срыва эксперимента было мне вполне по силам.
Голубой кристалл жег ладонь огнем. Пришлось держать его за цепочку, но и так я чувствовала пульсирующие волны его тепла. Назначение странного кулона я поняла, только оказавшись в кабинете магистра Форожа. Там, на письменном столе, стоял переговорный кристалл, оправе которого явно не хватало детали. Той самой, что обжигала мне руки.
Едва я вставила голубой осколок в оправу, молочный кристалл засиял ярче, а в кабинете прогремел голос встревоженного лорда Адсида.
— Магистр Форож! Что у вас случилось?!
— Лорд Адсид, магистр в больнице. Сердце, — коротко ответила я.
Ректор выдохнул. Короткая пауза создала впечатление, что связь оборвалась. Оставаться одной не хотелось, и я обрадовалась, вновь услышав голос Шэнли Адсида.
— Γоспожа Льяна, что именно произошло? — серьезно уточнил он. — И расскажите, что было на арене. Что вас там напугало?
После всех волнений этот вопрос застал меня врасплох, и мне понадобилось время, чтобы объяснить осведомленность своего кровного опекуна. Жаль, он не знал, насколько мне не хотелось отвечать. Еще больше смущало то, что я не видела лица собеседника. Частично по этой причине мой рассказ получился кратким до скупости.
Лорд Адсид молчал. Долго. А я, прикрыв глаза, сосредоточившись на ощущениях, чувствовала его злость. И, что удивительно, она мне нравилась, казалась полнокровной, многогранной, живой.
— Их бы упорство да на благие цели, — хмуро подвел черту ректор. — Я не могу сейчас вернуться в университет, но вынужден вас огорчить. Завтра у вас не будет свидания с лордом Цореем. Он, как и лорд Такенд, будет наказан.
Ожидаемый поворот не вызвал недовольства и не раздосадовал. Наверное, из-за того, что я не ждала свидания с юношей с воодушевлением влюбленной. Его приглашение расценивалось скорей как приключение и не вызывало восторженного трепета.
— Понимаю, что наказание для него в некоторой степени станет наказанием и для вас, — в значительно потеплевшем голосе лорда Адсида послышалось сожаление. — Мне не хотелось бы, чтобы вы расплачивались за чужие провинности, поэтому надеюсь, мое приглашение на ужин станет равноценной заменой сорвавшемуся свиданию.
— Более, чем равноценной, — честно призналась я, радуясь тому, что собеседник не видит, как пылают мои щеки.
— Тогда позвольте пожелать вам хорошо провести остаток вечера, — попрощался он. А по голосу было слышно, что лорд улыбается. — Берегите себя и не засиживайтесь за пробирками.
Молочный переговорный кристалл потускнел и погас. Я вздохнула, заперла дверь в кабинет и занялась заказом на основу для краски.
Монотонная работа, необходимость постоянно помешивать зелье успокаивали, давали возможность сосредоточиться, обдумать произошедшее. Моими мыслями завладел принц Зуар, чужеземный красавец, явно выделивший из множества невест троих: Тамону, леди Цамей и меня. Его интерес льстил искренностью, но не отменял того, что я исключительно мало знала о возможном женихе.
Тот же лорд Цорей был понятным. Вся история его семьи, отношения с другими родами лежали на поверхности. Недостающие сведения скрывались в хрониках. Его сестра и вовсе училась на одном курсе со мной и, подобно брату, постоянно была на виду. Составить мнение о знатном юноше и его семье не составляло труда.
Все это в равной степени относилось и к лорду Такенду. Разузнать о его семье и о нем все необходимое, оценить поведение и поинтересоваться увлечениями — вполне посильная задача. Он тоже был все время на виду.
А вот Его Высочество Зуар, наследник престола Аролинга, был живой загадкой. Отношения между странами лишь недавно стали союзными. Еще пять лет назад Кедвос и Аролинг считали друг друга врагами, а с недругами не делятся сведениями о жизни королевского семейства.
