На самом деле не всегда все шло гладко. Однажды меня буквально внесли в долгожданный автобус, а сумку, в которой был гимнастический купальник, защемило дверью. Ручки оборвались, и сумка потерялась. Как же я переживала, как плакала! Но успокоила себя тем, что, когда стану настоящей спортсменкой, у меня будет сразу несколько красивых купальников, надо только как следует тренироваться и побеждать!..
Случилась однажды и такая вполне забавная история. Дорога от зала до дома длинная, автобус шел долго, а техника имеет свойство иногда ломаться. Мы ехали, ехали, и вдруг посреди дороги, прямо на железнодорожных путях, автобус сломался. Водитель всех высадил, и люди разбрелись кто куда. Что это было за место – я понятия не имела, так как знала только начальную и конечную точку маршрута, а что между ними – «темный лес». Встала посреди дороги в растерянности и чуть не плачу. Потом посмотрела по сторонам и взмолилась: «Люди добрые, помогите, отведите меня домой!» Хорошо, что поблизости оказалась мамина знакомая, которая подошла ко мне и сказала: «Пойдем, Светочка, пойдем! Я тебя провожу».
Эту историю из своего раннего детства я потом много раз вспоминала за границей, когда оказывалась в незнакомом городе: куда идти, что делать? «Люди добрые, помогите!» – тут же вспоминалось мне. И я могла спокойно подойти к любому прохожему и спросить, где нахожусь и как мне добраться до нужного места. Причем всегда спрашиваю и переспрашиваю по двести раз, потому что один направит в одну сторону, а другой – совсем в другую. Встречается у людей такая особенность… Но мой Пилкин всегда говорил: «Если есть два совпадения – значит, эта дорога более правильная!»
Своей первой большой победой я бы, пожалуй, назвала то, что Борис Васильевич Пилкин начал-таки со мной работать. Это у меня в крови: уж если очень захочу, то обязательно добьюсь, чего бы мне это ни стоило. После разговора с женой некоторое время Пилкин пристально наблюдал за мной на тренировках, а потом все-таки сдался и позвал меня в свою группу. Я же, хоть и хотела изо всех сил начать тренироваться у Бориса Васильевича, первое время его откровенно побаивалась: он казался мне уж очень серьезным и загадочно-суровым, но особенно меня пугали его большие лохматые брови, ну прямо как у совы.
На первых совместных тренировках я старалась держаться от него подальше, пряталась за спинами девчонок постарше, чтобы меньше попадаться ему на глаза. Однажды на тренировке, когда все уже получили свои задания и приступили к их выполнению, подошла и моя очередь. Борис Васильевич стал делать со мной какое-то упражнение, а я так зажалась, что даже трястись начала. Он спрашивает: «Что с тобой, чего ты так перепугалась?» Я же от страха слова вымолвить не могла. Только еле слышно, себе под нос пробормотала: «Брови… стр-раш-шны-е… боюсь!» Он расхохотался: «Глупышка! Они же совсем не страшные, они веселые. На-ка, потрогай их пальчиком!» Дотронулась и действительно успокоилась, расслабилась, почувствовав, что мой новый тренер, как Дедушка Мороз, ласковый и добрый.
Борис Васильевич, видя мою худобу и физическую слабость, первым делом взялся за укрепление здоровья и общефизическое развитие. Мы стали заниматься хореографией, делали разносторонние упражнения на гибкость, бегали много кроссов. Причем вся общефизическая подготовка у моего тренера носила прицельный характер. Он под каждый снаряд подбирал свой специальный развивающий комплекс. Для опорного прыжка тренер давал мне очень много специфических подводящих упражнений, и вообще вся прыжковая работа была очень разнообразной. Еще «качали ноги», чтобы укреплять определенные группы мышц, которые также помогали развивать прыгучесть. Совершенно другие упражнения нужны были для брусьев. Здесь уже начались не только силовые, но подводящие элементы, с фрагментами статики и статодинамики, помогающие оттачивать технику, – их придумал сам Борис Васильевич, и назывались они у нас «стоялки», «разгибы». Не обошлось и без моего любимого батута! Только теперь я на нем уже не только резвилась и кувыркалась, но и выполняла специальные элементы, впоследствии ставшие основой для моей акробатики и вольных упражнений. В этой работе очень помогали лонжи, резиновые амортизаторы, которые во время прыжка уменьшают вес спортсмена. Это дает возможность, не боясь травм, смело экспериментировать, придумывать и отрабатывать много интересных трюков, тратя при этом меньше сил, но получая большую пользу.
Сказать, что я сильно уставала, – значит ничего не сказать. После каждой тренировки я валилась с ног. Но мне нравилось бороться – и с усталостью, и с болью в мышцах – и чувствовать, что у меня уже кое-что получается. Глядя на меня, и другие девчонки, которые тренировались в нашей группе: Таня Акиньшина, Женя Вакуленко, Валя Умеренко, – старались не отставать. И они все потом стали мастерами спорта. Жаль, на большее их не хватило – может быть, из-за недостатка упорства и терпежа?
