– По-моему, он вообще ни за кем не охотился, – Ар-си прокрутил в памяти свою последнюю встречу с Инси-лаем. – У меня создалось впечатление, что он просто шел по своим делам и случайно наткнулся на нас.
– По своим делам в моей крепости, – мрачно констатировал Таур, – великолепно!
«Сколько можно об одном и том же, – не поднимая глаз от тарелки, томился Альф, за прошедший вечер выучивший все объяснения Арси наизусть. – Услышал, увидел, окаменел. Не помню. Не знаю. Как мне все надоело!»
– Итак, ты подался изучать жизнь камней, а Кира осталась один на один с Посланником, – продолжил Магистр.
– Был еще скалет Гарди, – напомнил советник.
– Да, Гарди, – Таур вдруг понял, что его настораживает постоянное упоминание о скалете и его отсутствие. «Надо поднять его дело и выяснить откуда он взялся. Если я ничего не путаю, он тут совсем недавно, пару лет, не больше». – Гарди… Хурст! Принесите мне личное дело скалета Гарди. Да, распорядитесь, чтоб его опечатали и не выпускайте из рук, надеюсь, что в пути Вы не окаменеете, у нас это нынче модно.
«Натеял», – ни с того, ни с сего подумал Альф и непроизвольно проводил взглядом выходящего из зала скалета. Не успела дверь захлопнуться за Хурстом, как ослепительная вспышка мелькнула перед глазами врача. Он даже ослеп на мгновение, а когда зрение вернулось, ощутил неприятную, ноющую тяжесть в затылке. «Если я и сегодня не высплюсь, завтра окаменею без всякого колдовства, – подумал Альф, непроизвольно потирая затылок, – доконали меня эти ночные бденья. Типичное переутомление, так и до депрессии рукой подать». Он вздохнул и вновь принялся за еду.
– Вы полагаете, Гарди заодно с посланцем, господин? – подал голос бэсс.
– Я полагаю, что скалет исчез и никто не знает, где он. Либо он развеян в прах, и об этом стоит знать его родным, либо он союзник Илая, а это уже небезынтересно для нас, – ответил Таур и вернулся к разговору с Арси. – Так ты уверен, что посланец не проявлял враждебности по отношению к Кире?
– По-моему, он даже не заметил девушку, господин, – советник вновь и вновь проигрывал в памяти появление в саду Инсилая. Вспомнилась вдруг удивленная физиономия неизвестно как выбравшегося из каменной ловушки Ронни, выглянувшая из-за спины посланца. – Но мне показалось, что его ученик… кажется, он знал ее раньше.
– А он где? – немедленно осведомился Таур и, не дождавшись ответа, продолжил. – С ним я бы тоже не отказался побеседовать. – Он обернулся к страже у дверей. – Эй, где ученик волшебника?
– Ищут, господин, – немедленно доложил старший по караулу.
– Ищут, – скептически повторил Магистр, – понятно, ну, подождем.
– А нет тут у Вас лазейки, где можно проскочить без сканирования? – поинтересовался вдруг Синг.
– Арси? – немедленно переадресовал вопрос Магистр. – Что у нас с выходами?
– Я полностью закрыл крепость на выход, если никто не отменял мой приказ, покинуть Сан Палисс невозможно без колдовства.
– А с колдовством? – Таур не скрывал сарказма. – Посланец-то наш из практикующих волшебников, он без магии, наверно, даже дышать не умеет.
– Он практикующий волшебник с клеймом раба на спине, – между делом напомнил советник. – Он не выйдет из крепости ни с колдовством, ни без оного, господин.
– Без оного… – рассеянно повторил Таур, думая о чем-то своем. – Значит, у него одна дорога – ящеричный переход. Советник, – Магистр посмотрел на Арси, – принесите из моего кабинета положение об императорских рабах, там, наверняка, должно быть и про ящеричную пещеру. Заодно, узнайте, не объявился ли Гарди. Да, и велите поторопить Хурста, что-то он слишком долго ходит.
– Да, господин, – Арси встал из-за стола и, отвесив легкий поклон магистру, пятясь, пошел к двери.
Таур, наконец, обратил внимание на ломящийся от яств стол и положил себе на тарелку внушительный кусок копченой осетрины с розовато-перламутровым срезом, пару маслин и веточку орегано. «Эстет, – мелькнуло в голове Альфа, – натюрморт, достойный кисти Ван Меера, – тут же поймал себя на мысли, – кто такой Ван Меер?» – понял, что выпил сегодня слишком много и жестом отказался от белого вина, предложенного одной из служанок, легкими тенями круживших вокруг стола.
– Синг, ты, случайно, не в курсе, как относится переход к императорским рабам? – лениво ковыряя золотой вилкой нежнейшую осетрину в старинной, китайского фарфора тарелке, поинтересовался Магистр.
– Я? – удивился бэсс. – Нет, господин. Небеса миловали.
– Я не о тебе лично. Просто мой братец обожает публичные мероприятия. Может, Сэтх и на эту тему референдум устраивал?
– Нет, господин. Во-первых, в Бэсснии нет рабов, а, во-вторых, если б они и были, вряд ли кому-то из них пришло бы в голову искать политического убежища в Ваурии.
– Ну да, – усмехнулся Магистр, переходя к белому вину, – у вас же есть много пограничных переходов.
– И, кроме того, нет ни одного раба, господин, – с едва заметной улыбкой добавил Синг.
Илка бесцельно слонялась по осиротевшему дому. Сперва Илай, потом Локи, а вот теперь Алиса… Хоть и провела здесь девочка всего несколько дней, Илка успела к ней привязаться.
