– А зря. Ни Дью, ни Чибры, ни схемы крепости. Как мы теперь найдем Локи? По запаху?
– Вот черт!
– При чем здесь черт, Чибра нормальная ваурская женщина, естественно, что она ни шагу без своего мужчины. На меня просто умственное затмение нашло, что я это раньше не учел.
– Но Дью не ее мужчина, – возразила Варвара, – у полковника здесь совсем другой интерес, где-то в районе императорского гарема с бассейном. Скалет, собственно, туда и собирался, после того, как отвел бы меня к Локи.
– О, господи, – вздохнул Илай, – на кой дьявол ему гарем, да еще с бассейном? Он, что, за русалками со скуки приударил? Ну, молодец, полковник, мало ему обыкновенных теток, подавай земноводных. Кстати, его интерес к бассейну, совсем не показатель отсутствия у него интереса к Чибре. По местным законам, хоть пять инте-
ресов имей, никто не против, были б деньги их одеть и прокормить, а у скалета явно нет проблем с финансами.
– Что-то я не заметила у полковника тяги к многоженству.
– У девяноста процентов мужчин есть тяга к многоженству, – проворчал Волшебник, – тайному или явному.
– Ты, конечно, относишь себя к оставшимся десяти, – усмехнулась Варвара, – ты ж у нас ангел.
– Нет, потому что это компания голубых и импотентов. Не претендую.
– Это ты про ангелов? – растерялась Волшебница.
– Это я про десять процентов… Так, сматываться нам отсюда надо и побыстрее, – Инсилай встал с земли, – за последние десять минут здесь произошло два серьезных перемещения. Ты же видела тауровскую карту, мы там наверняка засветились по полной программе. С минуты на минуту будут гости.
– Раз уж нас все равно застукали, может, превратишь нас во что-нибудь… местного колорита?
– Как например?
– Все равно. Думай скорее, сюда, кажется, действительно идут.
– Допрыгались, – проворчал Волшебник и попытался вместе с Варварой превратиться в пару валунов, активно населяющих окрестности.
Не получилось ровным счетом ничего, если не считать резкой боли, ударившей под лопатку Инсилаю, и урагана в его голове, смешавшего в звенящий, мерцающий клубок обрывки заклинаний, таинства колдовства и странное, неведомое доселе чувство тревоги с легким налетом страха.
– Энергия? – спросила Волшебница.
– Нет, – с болью Илай справился, порядок в мыслях удалось навести только наполовину. – Видимо, Таур совсем рядом и не дает мне колдовать. Дьявольщина, надо было слушать Локи! Это проклятое клеймо… привет от Магистра и моей трусости. У меня сто стрел под лопаткой и омлет из мозгов в голове, я бессилен, как мокрый джинн.
– Не паникуй! Несостоявшееся перемещение могло сожрать всю магическую энергию, – предположила Волшебница. – Ты сюда на такой молнии припожаловал, что на разрядку дюжины колдунов хватит.
– Нет, это другое, – Инсилай чувствовал, как огненными толчками пульсирует тауровская печать на его спине, наполняя сердце болью и страхом, а разум необъяснимым чувством покорности и безразличия, – это то, о чем говорил Учитель. Раб выдавливает из меня волшебника. Еще чуть-чуть, и брошусь в ножки Магистру, чтоб простил засранца и позволил служить ему верой-правдой. Какое уж тут колдовство? Ну почему я не дал Локи доделать его работу?!
– Потом разберемся, что надо было делать, – прошипела Варвара, – не получается превратиться, значит, просто спрячемся.
– От Таура? – криво усмехнулся Волшебник. – Мечтательница.
– Нет, будем стоять столбом и ждать, пока нас поймают, – разозлилась Волшебница, она вдруг вспомнила мрачные предсказания Локи и поняла, что ей нужно любой ценой выдавить Магистра из сознания Инсилая. Она схватила бывшего ученика за руку и почти силой поволокла к полковничьей берлоге. При этом заявила такое, что при обстоятельствах менее драматичных ей бы и в страшном сне не приснилось: – Ну почему в самый неподходящий момент ты, записной бабник, начинаешь мечтать о мужиках? С таким волнением ждешь своего драгоценного Таура, будто он новобрачная, а у тебя право первой ночи!
Сработало. Реакция Инсилая превзошла все ожидания. В его сознании в одночасье скончались и раб, и волшебник, и даже человек. Получив такую весомую оплеуху, он просто задохнулся от злости и начисто забыл о Магистре:
– Что?! – Его глаза, еще мгновение назад пустые и равнодушные, метали молнии. – Ты в своем уме, по-учательница гномов?! Да в такой мерзости меня обвинять даже твоя чокнутая сестрица не додумалась, хоть считает, что я ей с целым светом изменяю! Ты еще скажи, что я всех пиявок в местном пруду изнасиловал!
– Ну и ладушки, – Варвара, не тратя время на пререкания, почти затолкала совершенно ошалевшего от ее обвинения Волшебника в укрытие, – нет, так нет. По мне, так тоже просто бабник лучше.
– Я бабник?! – разобидевшийся Инсилай клокотал, как готовый к извержению Везувий. – Да после месяца в этой прекрасной стране меня без экзаменов в самый строгий монастырь примут! Полное воздержание, постоянное бичевание, не проходящий голодный пост – и все на одну мою несчастную персону! Еще немного, и я подам заявление в святые!
