– А! – вновь взвизгнула я и забарахталась, – Ты что творишь?
Попыталась вывернуться и схватить его одной рукой.
– Держись, – перехватив её, скомандовал Кемиллус и вновь вернул меня в исходное положение, – Как я и думал, – процедил сквозь зубы, разглядывая мою спину, – До чего же упрямые создания мне достаются, – забурчал себе под нос, – Терпи, – это уже мне.
– Шш, – шиплю от боли и на его действия, – Так не честно. Воспользовался моими страхами.
– Не стоило вынуждать.
Кемиллус чуть отплыв, скинул свою куртку, которую выкинул на берег, потом рубашку, которую, оторвав рукава, распустил на полоски.
– Что там? – стараясь не смотреть на обнажённый торс мужчины, задаю нейтральный вопрос.
– Воспалённые порезы от когтей, – недовольно пробурчал он в ответ, – Что же ещё там может быть. Куртку и рубаху тебе всё же придётся снять. Нужна перевязка.
– Эм.
– Не волнуйся, – видя моё замешательство, всё тем же тоном, пояснил шатен, – Твои прелести скроет вода.
– Но она же прозрачная! – воскликнула я, – Промыл, спасибо, но остальное пусть лекари сделают, – вновь предпринимаю попытки закарабкаться.
– Да успокойся ты! – вспылил Кемиллус, – Я не буду смотреть. Со спины же буду. А ждать нам неизвестно сколько. Может за это время ещё не раз придётся промывать. Итак воспаление такое, что рубцы останутся. Вот дала бы ещё наверху осмотреть и не пришлось бы сейчас этого делать. Там бы магией Гаюс обеззаразил и подлечил, даже шрама бы не осталось.
– Что тебе до моих шрамов, – бурчу в ответ.
– Вот именно, ничего, – фыркнул шатен, – как и до твоих прелестей. Лучше не сопротивляйся, а то хуже будет.
Мужчина подплыл ко мне и стал осторожно снимать сначала один рукав куртки и рубахи, потом второй. С замиранием сердца и на грани истерики помогаю ему в этом, попутно стараясь прикрыться. После началось долгое и мучительное бинтование, при котором Кемиллус, чтобы подальше от моей обнажённой груди отвести руку голым торсом соприкасался с моей спиной. Позабыв о боли я, кажется забыла и, как дышать. В отличие от мужчины. Он, даря толпу мурашек, делал это в самое ухо. Очень шумно, хрипло и рвано.
«Божечки, как же вынести это?»
Едва сдерживая стон вцепляюсь в каменный выступ ещё сильнее, но что-то ноющее и такое сладостное заставляет сжать ноги плотнее, а пальцы рук разжаться.
– Всё, – хрипло произнёс Кемиллус, и я всё же не сдерживаю стон.
Припав головой к каменистому берегу, стараюсь прижаться к нему плотнее и тем самым отдалиться от мужчины. Слишком остро его прикосновения действуют на меня. Кажется, ещё чуть-чуть и произойдёт что-то непоправимое.
– Рита? – не понимая моих действий, Кемиллус вновь подплывает ко мне и кладёт руку на плечо, – Тебе плохо?
Не глядя, мотаю голой и выжимаю сипло:
– Всё хорошо.
– Посмотри на меня, – вдруг требует Кемиллус таким бархатистым голосом, которому нет возможности сопротивляться.
Медленно поднимаю взгляд и тону в карих глазах мужчины. Страха воды нет, ничего нет, только он и я.
– Рита, – выделяя «р», выдыхает Кемиллус и через пару мгновений я оказываюсь в его объятиях. Таких жарких, крепких, таких родных и невероятно нежных.
Наши губы, передавая друг другу эстафету, слились в неистовом танце. Мысли, что дальше, не возникает. Меня целуют, я целую в ответ. Всё так естественно и понятно. Невероятно, безумно и прекрасно. Ради такого стоит тысячу раз умереть.
33
Сколько бы мы не наслаждались поцелуем, к сожалению, он не мог длиться вечность. Хотя бы потому, что нужно выбираться на берег. Кемиллус одним рывком помогает мне и выпрыгивает сам. Тут же тянется ещё за одним поцелуем, и я готова ответить, но почувствовав что-то под ладонью, оборачиваюсь, чтобы взглянуть. Поцелуй пришёлся в шею, после чего мужские губы пошли блуждать по ней, спускаясь к плечам. Вот только мне уже не до нежностей. Под рукой оказалось кольцо, которое я искала и которое спустило с небес на землю.
– Нет, – отталкиваю Кемиллуса, – Подумай, что мы творим? Авила не заслужила такого.
Раздираемая чувствами стыда и любви, отползаю от Кемиллуса и, подобрав ноги, обнимаю колени. Так гадко я себя не ощущала никогда. Разжав кулак ещё какое-то время любуюсь кольцом.
«Авила, прошу, прости».
Рывком подаюсь вперёд, кладу кольцо перед Кемиллусом и вновь отползаю подальше. Вот только взгляда от любимого мужчины отвести не в силах. Смотрю, как Кемиллус осторожно берёт кольцо и задумавшись катает его в ладони.
– Спасибо, – произносит с грустью, впиваясь в меня взглядом, – Спасибо, что ты случилась в моей жизни. Подумать только, – ухмыльнулся, – ещё недавно я корил судьбу за это, но сейчас. Сейчас я не жалею ни о секунде.
– Прошу, не надо, – еле сдерживая слёзы, прошу.
– Нет, надо, – твёрдо и настойчиво продолжил Кемиллус, – Я хочу, чтобы ты знала, как я благодарен тебе за то, что познал настоящую любовь. Что получил взаимность. Если меня полюбил столь светлый человечек, то значит я не совсем пропащий.
– Что ты такое говоришь? – возмутилась я, – Это Авила светлый человечек, не я.
– Несомненно, мне несказанно с вами повезло, вот только люблю я её, как сестру. С тобой другое.
