– Такое бывает, если рана осложняется. Я расстегну? – указала я на его одежду. Он напрягся, но потом кивнул. Пока я была занята, он вытащил руку из грязи, рассмотрел ее, потом поискал глазами, обо что ее можно вытереть. Я с раздражением заподозрила, что сначала он собирался избрать своей жертвой мое платье, прежде чем догадался вместо этого использовать ближайший холмик мха.
Я отлепила от раны ткань его плаща, и внутри у меня все перевернулось. Плоть вокруг раны стала черной. Черные вены паутиной тянулись от нее во все стороны, исчезая под остатками одежды.
Как далеко распространился яд? Я распахнула плащ и рубашку еще сильнее, расстегивая пуговицы до самого пояса, не особенно заботясь о его стыдливости. О своей собственной тоже, поскольку, хоть я и тщательно изучила этот вопрос в теории, видеть мужчину без одежды мне раньше еще не приходилось.
Грач приподнялся на локте. Несмотря на то что он все еще был очень слаб, в его чертах неожиданно появился очевидный интерес к моим действиям. Потом он посмотрел вниз, на собственную грудь, и вдруг испустил вопль отвращения. Вырвав одежду из моих рук, он спешно застегнул все пуговицы обратно и подскочил на ноги с такой прытью, которой я от него совершенно не ожидала. Я смерила его тяжелым взглядом. Некоторые симптомы заметно спали. Но, как это часто бывает с лихорадочными состояниями, это проворство могло быть последним пожаром, в котором его тело потом сгорело бы дотла.
– Ты не можешь просто притвориться, что ее там нет, – заметила я, тоже поднимаясь с земли.
– Но она ужасная, – ответил он таким тоном, будто это возражение было очень разумным.
– Все гноящиеся раны ужасные. – Он посмотрел на меня обиженно, видимо, решив, что словом «гноящийся» я собиралась нанести ему оскорбление; но я сделала вид, что этого не заметила. – Ты догадываешься, почему такое может происходить?
Он повернулся ко мне спиной, брезгливо приподнял воротник и заглянул себе под рубашку.
– То место, та земля… там что-то было не так. Могильный Лорд был подвержен тому же недугу и, судя по всему, передал его мне. Временно, разумеется.
Звучало это неутешительно.
– Грач, я думаю, тебе необходима медицинская помощь.
– И ты знаешь, как меня вылечить? Нет. Так я и думал. Так что мы просто продолжаем двигаться к осенним землям. Сейчас это не займет много времени, потому что я могу идти без посторонней помощи. – Говоря это, он не смотрел мне в глаза. Вчерашняя ночь явно не была для него поводом для гордости. – Что бы там ни случилось с моей раной, все это все равно будет неважно, когда ко мне вернутся целительные силы. Так что нам следует отправляться прямо сейчас.
Я нехотя признала, что в этой ситуации ему лучше знать. Грач подошел к стене из ежевичных зарослей, пошатываясь лишь слегка, и прижал ладони к одной из шипастых ветвей. Все они начали извиваться, как черви, а потом потеснились, образуя проход. Я поспешила следом, морщась от того, как неприятно грязная ткань юбок терлась об ноги.
Лес, в который мы попали на этот раз, уже не был таким зловещим, как то место с резными валунами, но он все еще казался больным. В темноте я этого не заметила, да и объяснить не особенно могла. Зеленые листья отсвечивали нездоровым блеском, как будто их тоже охватила какая-то лихорадка. Солнце силилось выжечь густой туман, который утром я приняла за облака.
Пока мы шли, я никак не могла отбросить воспоминания о прошлой ночи. Запах воображаемого гниения преследовал меня по пятам. Осмотрев себя, я заметила пятно на своем левом чулке – там, где скелет схватил меня за лодыжку. Мне стоило колоссальных усилий не остановиться и не сорвать с себя этот чулок без лишних раздумий. Но, как со многими мелкими неудобствами, заметив пятно, я теперь не могла выбросить его из головы, чуть не сходя с ума от того, как в этом месте теперь чесалась нога. Кроме того, кожу неумолимо жгла летняя жара.
И в этот момент мне в голову пришла одна мысль.
– Тот тан тоже был из летних земель, верно? – спросила я Грача. – Тот, которого ты убил в день нашей встречи. Когда он появился, вокруг стало жарко. С Могильным Лордом то же самое. Но температура не менялась, когда нас преследовали гончие Диких Охотников.
Он нехотя кивнул.
– А как насчет волшебных чудовищ? Ты говорил, в последнее время их стало намного больше. Они тоже из летних земель?
– А-а, – протянул Грач, – действительно, странное совпадение.
– Сильно сомневаюсь, что это совпадение! – Подхватив юбки, я ускорила шаг и нагнала его. С каждой минутой чувствовала себя все более грязной и отвратительной. Что ж, хорошо. Он этого вполне заслуживал. – Ты хочешь сказать, эта связь никогда не приходила тебе в голову? У тебя что, совсем нет навыков критического мышления?
Он надменно вздернул подбородок.
– Конечно, есть. Я ведь…
– Да, знаю. Ты принц. Проехали. – У меня возникло чувство, что термин «критическое мышление» он слышал в своей жизни впервые. – Другие правители об этом что-нибудь говорят? – настаивала я.
Он сорвал с головы корону и взъерошил волосы.
– Почему это вообще так для тебя важно? – воскликнул он с досадой.
