Мы въехали в центр города, я определила это по песочно-светлым каменным домам. Улочки, и так очень узкие, были сплошь заставлены припаркованными автомобилями. Водитель высадил нас на небольшой площади, от которой расходились пять улиц, и, крикнув последнее «Ciao!», умчался на своей безупречной машинке.
– Смешнооой, – протянула Настя, глядя ему вслед.
– Неудачно мы приехали, – задумчиво сказал Ваня. – Как теперь выберемся обратно на трассу?
– Это вроде недалеко, – ответила я. – Вернемся к развязке пешком, попробуем кого-нибудь остановить.
– Если недалеко, то, может, поедем на автобусе? – предложил Ваня.
– Ну не знаю.
– Да поехали стопом, зануды, весело же, – перебила нас Настя.
– Ты слышала, что сказал наш супер-Марио? Это опасно, – сделала я последнюю попытку, потому что правда чувствовала «О» – опасность, и лучше было бы ее избежать.
Мы зависли на площади, раздумывая, но на самом деле рассматривали все вокруг – очередной итальянский город.
– Слуш, хватит тупить, – снова прервала наши раздумья Настя. – Зайдем в какой-нибудь супермаркет купить воды, и поехали.
Мы одновременно уткнулись в телефоны – кто быстрее найдет супермаркет. Карты ни у кого не грузились, поэтому Настя поймала спешащего мимо мужчину в комбинезоне. Он с трудом понял, чего от него хотят, но перевел нас через дорогу и показал незаметный вход в маленький супермаркет. Мы купили полуторалитровую бутылку воды.
– На обратную дорогу хватит? – озабоченно спросил Ваня, заглядывая мне через плечо, когда я отдавала деньги продавцу.
– Не знаю. Сто евро. Если больше ничего никогда не есть, то, наверное, хватит на автобус.
– А мы попросим у них вознаграждение! – крикнула Настя из дальнего угла магазина. Она появилась оттуда с магнитиком Термини. Подошла к кассе и шлепнула его перед продавцом, ответила на мой возмущенный взгляд: – Что? Девятнадцать центов по акции. Че они тебе дадут?
– Ай, сама заплачу, – она стала раздраженно рыться в карманах. – Пять, десять, – говорила она, выкладывая монетки в ладонь продавца, – один. Эй, дайте три, будьте людьми.
Мы поискали в карманах и нашли еще три цента.
– И, между прочим, надо попросить у них вознаграждение, – повторила Настя на выходе.
– Какое еще вознаграждение? – спросил Ваня.
– Ну как какое, – ответила она, – мы же спасли их мышей, можно сказать, вырвали прямо из лап бандитов.
– И еще растеряли две трети по дороге, – напомнила я. – И еще…
– Да ладно, расскажем, какие трудности поджидали нас в дороге. Кто знает, где были бы мыши сейчас?
– Стойте, куда мы идем? – спросил Ваня.
– А не знаю.
– И я не знаю.
Он остановился и снова стал загружать карту.
– Ооо, смотрите, он сегодня здесь, – сказала Настя, указывая на афишу, у которой мы оказались. С нее пронзающим сердце взглядом смотрел Зеро. На афише стояло сегодняшнее число и указывалось место – «Porto di Palermo Termini Imerese»[69].
– Как он собирается выступать в порту? – подумала я вслух.
– Идем, – потянул нас Ваня. – Времени уже впритык. Надо еще найти их офис.
Мы с Настей с сожалением оторвались от афиши и пошли за ним.
– Далеко дотуда? – крикнула Настя брату.
– Километра три, – ответил он не оборачиваясь.
– Пфф, – передразнила она его, так, чтобы он не слышал.
Мы шли за Ваней, он нес клетку с мышами осторожно, стараясь не размахивать ею. Песчанки, привыкшие быть в дороге, занимались своими делами – одни спали, другие копошились в углу, одна замерла на задних лапах и глядела на дорогу.
Я загуглила «Термини-Имерезе» и зачитала Насте и Ваниной спине, маячившей перед глазами:
– Та-а-а-а-ак… Город и коммуна в Италии, располагается в регионе Сицилия… Ну, это и так понятно… Что еще… Население двадцать шесть тысяч двести девяносто человек, плотность населения… бла-бла-бла… Почтовый индекс – 90018. Телефонный код – 091. Покровитель – блаженный Агустино Новелло.
Близнецы внимательно слушали и вертели головами по сторонам, будто информация о почтовом индексе помогла им лучше узнать город.
– А, вот прикол. Название жителей города – termitani.
– Ха-ха-ха, термиты, что ли? – Ваня остановился и смеялся, захлебываясь и хрюкая.
– Совсем с ума сошел, – заключила Настя, – еще над лопатой посмейся.
– Нет, ты сама подумай, термитани – это же термиты! – и он снова захохотал, запрокидывая голову назад.
Мы немного подождали и, когда его отпустило, пошли дальше.
Городок был симпатичным, по крайней мере в своей исторической части. Не нарядно-парадный, зато уютный, приветливый. В дверных проемах двухэтажных домов спали собаки. Тут и там стояли горшки с олеандрами и небольшими пальмами. У распахнутых из-за жары дверей магазинов на пластиковых стульях сидели сонные продавцы. Мы шли по небольшой торговой улице, не туристической, а для своих, местных. У магазинов одежды стояли вешалки на колесиках, одежду на них перебирали задумчивые покупатели. Мы немного затормозили и рассматривали теперь коробки с одеждой за один евро, и за два, и за три. Настя сняла с вешалки платье за пять евро и, примерив на себя, покрутилась перед зеркалом:
– Идет мне?
