Людей в автобусе было немного – девушка в красном пальто хмуро смотрела в окно, покусывая такие же красные губы. Рядом с ней тихонько переговаривались друг с другом две женщины с большими холщовыми сумками. Еще несколько человек смотрели в окна и думали о чем-то своем. На задней площадке стоял, опершись спиной о стекло, парень в низко надвинутом капюшоне. Я почувствовала укол узнавания, но выпускать магию, чтобы проверить, не рискнула. Выскользнула из автобуса и, накинув капюшон на голову, поспешила в сторону парка.
На аллеях уже лежал тонкий ковер из опавшей листвы. Я шла, не глядя по сторонам, лишь прощупывала пространство магией. Человека, который шел за мной, почувствовала сразу, как только раскинула нити заклятья. Спустя несколько секунд окончательно поняла – это он. Тот парень, с которым я дралась в Комитете. Отправили следить за мной, потому что он уже видел меня? Или были и другие причины? Ответов на вопросы, конечно же, не было.
Возле условленной скамейки я остановилась, без боязни быть замеченной подсушила ее и уселась, сняв капюшон. Фонарь светил чуть в стороне, его загораживали пока еще не сбросившие листву ветки липы, от чего скамейка оставалась в полутьме.
Парень из автобуса появился только спустя десять минут с двумя горячими стаканчиками в руках. Один он тут же протянул мне, уселся рядом. И сказал глухим голосом:
– Не отравлено.
Я вдохнула аромат шоколада, одновременно прошив содержимое стаканчика магией, и буркнула:
– Действительно. Было бы глупо травить меня, так и не поговорив.
– Я мог убить тебя еще там, – невозмутимо ответил парень.
– Но не убил, – констатировала я, отпив горячий шоколад. – Вкусно.
– Доверяй, но проверяй? – с язвительным смешком спросил парень.
– Разумеется, – отрезала я.
Несколько минут мы сидели в тишине. Лишь когда я допила свой шоколад и выбросила стаканчик в урну, рядом появился мужчина средних лет с длинными волосами и козлиной угольно-черной бородкой. На круглом, чуть смугловатом лице поблескивали очки-половинки, а в руках была зажата тонкая черная папка. Парень встал и протянул руку для приветствия. Я не пошевелилась.
– Здравствуй, Мия, – сказал мужчина, усаживаясь на место парня. – Как поживаешь?
– Вас действительно это интересует? – спросила я, пытаясь скрыть язвительность в голосе.
– Разумеется, – улыбнулся он, с выжиданием глядя на меня.
– Поживаю обычно, без особых происшествий и необъяснимых явлений, – пожала я плечами, бросив взгляд на парня. Даже в полумраке было видно, что под капюшоном наметилась ухмылка.
– Полагаю, вас можно поздравить с началом преподавательской деятельности? – спросил мужчина.
– Я бы не стала, – ответила я. – Преподавание не мой конек.
– Тогда почему вы взялись за эту работу? – притворно удивился он.
Я внутренне сжалась, понимая, что вступаю на тонкий лед, готовый треснуть под ногами в любой момент. И если провалюсь, то не вырвусь, не вынырну уже из ледяной жижи, скрывающейся под корочкой льда.
– Я предположила, что, преподавая юным волшебникам, рано или поздно смогу выйти на вас, – ответила я и с вызовом посмотрела на собеседника.
– Для чего?
– Мне не нравится новый порядок. – Я сжала кулаки, но тут же разжала их, вцепившись в деревянный настил скамейки. – Я боролась за отмену запрета на магию. Но то, что получилось, меня не устраивает. Хочу узнать, что предлагаете сделать вы. – Я снова повернулась к собеседнику и посмотрела ему в глаза.
– Мы хотим предложить возвращение к истокам. К тому положению вещей, которое было до Смены.
– Вы имеете в виду то время, когда волшебники управляли не-магами? – переспросила я, машинально отметив дрожь в голосе.
– Да, – кивнул мужчина. – И нам нужны такие люди, как вы.
– Почему именно я? Вы ведь сами на меня вышли, – решилась я на вопрос я.
– Мы следили за вами после того, как заметили, что во время нападения на здание Комитета вы вырубили своего сотрудника. Потом, во время столкновения с нашим коллегой уже внутри здания, вы не стали убивать ребят, которые его защищали, хотя могли. Обдумав ситуацию, мы решили, что вы уже действуете в наших интересах. Конечно, мы пока не можем вам доверять, Мия. Сами понимаете – на кон поставлено многое, а вы все-таки сотрудница Комитета. – Он надолго замолчал, подчеркивая свои сомнения, после чего продолжил: – Так вы согласны сотрудничать с нами?
– Да, – ответила я, заглушив несколько язвительных ответов, которые кружились в моей голове.
– Отлично! Тогда наш коллега введет вас в курс дела. – С этими словами мужчина встал, положил папочку на скамейку и ушел, ни разу не обернувшись.
Парень тут же плюхнулся на его место, взял папку в руки и, замерев на секунду, снял капюшон. Я с любопытством уставилась на него. Волосы белели в темноте, будто светились. В светлых глазах застыли смешинки. Губы изогнулись в насмешке. Я почувствовала, как наливаются краской мои щеки, и отвернулась. Это был он. Тот парень, с которым мы долго смотрели друг на друга через окно.
– Квиты? – спросил он.
– Квиты, ага. Почти, – буркнула я.
– Я тебе не доверяю, – просто, без эмоций сказал он, но глаза при этом весело блеснули.
