– Хороший мальчик. Только вот что: когда проснешься, ты не будешь помнить последние несколько часов. Не пугайся, это нормально. Готов?
Я взглянул на часы, – почти три часа пополудни.
– Да.
– Хорошо. Теперь спи.
Я даже глаза прикрыть не успел, а уже потерял сознание. Чертовы Магистры, с ними всегда так сложно?
***
4 часа до нападения на Магистрат.
Очнулся сидя на стуле. Осмотрелся.
Часы на стене показывали шесть вечера. Мне пришлось немного подумать, вспомнить, как определяется время. Это было странно.
Я чувствовал себя ненормально. Вернее, не так как раньше. Иначе, да вот верное слово. Я чувствовал себя иначе.
Все казалось незнакомым, кабинет, люди вокруг… Пришлось напрячься, чтобы хоть что-то вспомнить. Кто я? Воспоминания вторглись в мой мозг потоком образов, мыслей, запахов, чувств.
Я увидел Ангелину, она лежала рядом на подушке. Или нет? Поливала цветы на подоконнике на кухне. Пила чай с печеньем и смеялась. Тащила меня за руку к колесу обозрения… Я помнил, раньше я её чувствовал. Но теперь нет… Что случилось?
– Лина… – произнес я пересохшими губами. – Где она?
Сначала никто не ответил, они все чего-то ждали. Потом от стены отделился мужчина в очках и сером костюме. Он присел рядом со мной и заглянул в глаза, пытаясь что-то там высмотреть.
– Левицкий, эй, Константин! Ты меня узнаешь? – спросил он встревоженным тоном.
– Да… – Я напрягся, поморщился, пытаясь привести мысли в порядок. – Да, Роман Алексеевич, я вас узнаю.
Их было четверо. Декан сидел рядом на диване, вглядываясь мне в глаза. Алиса стояла у выхода, сложив руки на груди. Похоже, она была чем-то подавлена. Майя Фридман занимала свое место за столом и не смотрела в мою сторону, а рядом с ней стояла девушка имени которой я не помнил, – ассистент.
Так, похоже, заклинание было проведено, я частично потерял память и не помню что со мной творили эти несколько часов. Понятно. Все, пора приходить в себя. Я выдохнул и похлопал по щекам.
– Можно закурить? – спросил я у магистра.
Она молча кивнула.
Я взял у декана сигарету, прикурил и выпустил дым в потолок, только потом осознав, что вместо потолка толща воды. Я огляделся и не нашел ни одной пепельницы. Странно.
– Ну так что, обряд провели? – поинтересовался я. – Получилось?
Они молчали. Мне это молчание не нравилось.
Не нравился вид Майи и её опущенные глаза. Замкнутая поза Алисы, девчонка будто сторонилась меня, словно я был ей чужим.. И взгляд декана тоже не нравился, – он был слишком усталым и напряженным.
– Магистр… – произнес я, чувствуя как голос предательски дрожит. – Скажите, у вас получилось?
Она подняла глаза и посмотрела на меня, во взгляде не было никакой надежды.
– Прости, Константин, я не смогла. У нас не вышло. Извини.
Она произнесла эти слова и во мне что-то сломалось. Мир вокруг не перестал существовать, но он перестал быть моим.
Обычно когда человеку ставят подобный диагноз, он ещё долго приходит в себя, к осознанию горького факта, через все стадии принятия.
Как там правильно? – Отрицание, гнев, торг…
Я же подобного не ощутил. Просто сразу все осознал и принял, одновременно, будто всегда знал. Возможно так и есть, – я и правда знал, что ничего не поможет и морально был готов. Надежда больше не застилала мой разум.
Так и будет, и ничего не изменить.
Сегодня ночью все закончится.
4 часа до нападения на Магистрат.
Жалобные взгляды со всех сторон. Куда не посмотришь, натыкаешься либо на это надоедливое сочувствие, либо на то, как человек отводит глаза, будто я чем-то его пристыдил.
Похоже на день рождения, когда каждый из знакомых натягивает на лицо улыбку и сыплет комплиментами. Также неуютно.
– Левит, не вешай нос… – тихо сказала Майя. – Судьбу никто предсказать не может. Вполне возможно, что все получится, линия переменчива…
Я знал, что она врет. Все в кабинете это знали.
Она все говорила и говорила: про удел, право жребия, и предопределение, но я её не слушал. Зачем все это? Успокоить? Мои нервы уже можно не беречь. Не нужно это, лишнее.
– Левицкий, – Алексеевич осторожно дотронулся моего плеча, – тебя хочет видеть Алистер. Это срочно.
– Ага… – Я поднялся со стула и обратился к Майе. – Магистр, спасибо за все. Я знаю, вы приложили все усилия.
Она ничего не ответила, да и что тут скажешь, в самом деле. Возглавляемые деканом, мы покинули кабинет Фридман и переместились в офис Алистера. Для нас даже мгновенный переход создали, надо же.
Он был не один, в углу в полумраке сидел волшебник, одетый в черное. Я его сначала и не заметил.
– Левит, знакомься, это Ви, – сказал директор, качнув головой в сторону незнакомца. – Он будет тебя страховать.
Это ещё что значит… Я просканировал волшебника, – печать Магистрата, печать Шифра, экскубарий. Подтянутый, в обтягивающем костюме оперативника и длинной мантии с капюшоном. Лицо было закрыто маской, похожей на ту, что носит Десятка. Странный какой-то.
– И в чем он будет меня страховать? – я сел напротив директора.
Декан и Алиса заняли места рядом со мной, по бокам.
Он тяжело вздохнул, смерил взглядом. В отличие от остальных, в его взгляде жалости не было.
